Б то утро Василию Юренко не пришлось позавтракать в любимом кафе, отчего настроение у него явно не улучшилось. Припарковав свою старенькую «ладу» у тротуара, он подождал, пока откроются двери магазина. На первом этаже уже крутилась расцвеченная яркими огнями карусель, но на деревянных лошадках пока не было видно ни одного маленького наездника. Василий поднялся на эскалаторе, не прикасаясь к поручню, который показался ему слишком грязным. На втором этаже он остановился у прилавка с матрешками прекрасными копиями старинных образцов. Эти игрушки всегда ему очень нравились: так забавно, когда внутри одной куклы прячется целая семья. Его сестра в годы их юности собрала неплохую коллекцию матрешек — сейчас ей бы цены не было. Но сестра вот уже тридцать лет покоилась на Новодевичьем кладбище, а от ее прелестной коллекции осталось лишь воспоминание. Продавщица кокетливо взглянула на него, растянув в улыбке беззубый рот. Юренко отвел глаза. Бабушка схватила яркую матрешку — красный платочек и желтый сарафан, — положила ее в бумажный пакет и назвала цену: тысяча рублей. Юренко заплатил и ушел. Несколько минут спустя, устроившись за столиком кафе, он соскоблил тонкий слой краски с третьей и пятой матрешек и записал появившиеся цифры. Он спустился в метро, вышел на станции «Комсомольская» и по длинному подземному переходу направился к зданию вокзала.
В камере хранения он нашел ячейку с номером, обозначенным на третьей матрешке, набрал код, указанный на пятой, и забрал запечатанный конверт. В нем лежали авиабилет, паспорт, листок с номером телефона в Германии и три фотографии: на одной — молодая женщина, на другой — мужчина, на третьей — они оба, сходящие с трапа самолета. На обороте одного из снимков он обнаружил написанные от руки имена. Юренко сунул конверт в карман и взглянул на билет. Времени оставалось в обрез: через два часа в аэропорту Шереметьево начнется регистрация на его рейс. Он попытался припомнить, не бросил ли он машину в неположенном месте, но теперь уже поздно было об этом беспокоиться.
Лоренцо постоял немного на балконе своего кабинета, облокотившись па перила. Окурок его сигареты упал вниз, покатился по земле и через секунду исчез в водосточном желобе. Тогда Лоренцо закрыл окно и поднял телефонную трубку.
— У нас возникла небольшая проблема в Эфиопии. Они покинули страну, — сообщил он своему собеседнику.
— Где они сейчас?
— Во Франкфурте мы их потеряли.
— Что же произошло?
— Тем людям, что следили за ними, не повезло. Ваши протеже отправились на озеро Туркана в компании старика вождя, который служил им проводником. Мои люди решили расспросить его, зачем те двое поплыли на остров посреди озера, и тут произошел несчастный случай.
— Какого рода?
— Старик на них рассердился и в результате неудачно упал.
— Кто еще в курсе?
— Я обещал, что вы первым будете получать информацию, но, учитывая такой неожиданный поворот событий, я не могу дать вам более одного дня, а потом мне придется связаться с остальными. И объяснить, почему мои люди следили за вашими малышами.
Лоренцо даже не успел попрощаться с Айвори: тот уже повесил трубку.
— И что вы об этом думаете? — спросил Вакерс, все это время сидевший в кресле напротив Лоренцо.
— Айвори не даст себя долго дурачить, и, как мне кажется, он уже догадался, что вы все знаете. Он старый лис, так просто вы его в ловушку не заманите.
— Айвори — мой старый друг, и я вовсе не собираюсь расставлять ему ловушку, однако мне не хотелось бы, чтобы он нами манипулировал. У пас с ним разные цели, и нельзя допустить, чтобы он заправлял всеми делами.
— Ну ладно. Только держу пари, что сейчас, когда мы с вами разговариваем, он дирижирует оркестром.
— С чего вы взяли?
— С того, что внизу стоит один человек, и я совершенно уверен, что он установил за вами наблюдение еще у двери вашего кабинета.
— Он следил за мной от самого Амстердама?
— Сработал он очень грубо, и мы его сразу засекли, из чего можно сделать вывод: либо он непрофессионал, либо это послание от вашего старого друга, который хочет сказать вам примерно следующее: «Не держите меня за дурака, Вакерс. я знаю, где вы находитесь». А поскольку этот тип следил за вами от самого дома, а вы его не заметили, то я склоняюсь ко второй версии.
Вакерс вскочил и ринулся к окну. Но человек, о котором говорил Лоренцо, уже ушел довольно далеко.
— Пристегнись, дороги здесь очень узкие.
Кейра опустила стекло и высунулась наружу, сделав вид, будто не слышит. Признаюсь, за время этого путешествия у меня не раз возникало желание открыть дверцу и выкинуть ее из машины.
Хранитель музея Небры принял нас с распростертыми объятиями. Он страшно гордился своей коллекцией и подробно рассказал нам о каждом экспонате. Мечи, щиты, наконечники копий — нам показали все сокровища, поведав их историю, и лишь после этого продемонстрировали диск.
