- Хорошо я сей час сам посмотрю. Такс, такс, такс. А, вот, почти последний в списке. Но ничего я тебя без очереди полечу, пока никого нет.
- Вот блин, удружил гад, - подумал я. Так у меня же ни тапочек, ни полотенца нет с собой.
- Ну ладно, принеси ведро воды и иди за всем необходимым, после чего возвращайся назад.
- Есть товарищ майор!
Ага, тут то меня и видели. Больше я туда не возвращался, а наоборот обходил это адское место стороной, спрятавшись в подчинённой КШМ. Во все последующие дни бросился с неописуемым рвением служить родине, пропадая в суточных нарядах совершенно, добровольно.
Подождав ещё какое-то время, расстроенный майор-практикант убрался восвояси. Так и не насладившись сполна своей, видимо вновь приобретённой профессией.
ЧАСТЬ 2
Это было на Кавказе
Забивала страна сыновей
В страшный час
умирали солдаты...
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Начало второй чеченской компании
Второе августа 1999 года обрушило на Россию очередное страшное известие. Находившиеся в казарме военнослужащие собрались возле телевизора и, не веря своим ушам, слушали обращение тогда ещё неизвестно откуда взявшегося В.В. Путина. Будущий президент России сообщил о нападении, чеченских террористов называемых себя Ваххабитами, на Дагестан. Война! Нависла прямая угроза над жизнями мирных Россиян. Террористы стали выползать из мятежной Чечни как тараканы, объявив джихад православному миру. Вот он шанс проявить себя настоящим военнослужащим, а не уборщиком мусора! Наконец появилась возможность покинуть эту часть, этот крысятник, который я ненавидел всей душой. Первые части ВС РФ отправились в Дагестан наводить конституционный порядок. В.В. Путин уверял, что на этот раз бороться с бандами террористов будет намного проще, так как опыт в этом уже имеется, а ошибки допущенные командованием больше не повторяться. Уничтожение боевиков будет вестись планомерно без лишней суеты и спешки.
Девятое сентября 1999 года страну оглушило новым зверским известием. В городе Москве проведена серия террористических актов, были взорваны жилые дома в спальном районе на улицах Печатники и Гурьянова, в которых погибло 90 человек.
Вскоре после этого известия стали набираться экипажи из числа добровольцев, для участия в контр террористической операции на территории северного Кавказа. Мы, с Алексеем не медля, написали рапорта на отправку в горячую точку. Ещё тогда в августе 1999 года, когда произошло нападение чеченских боевиков на Дагестан, и Москву поразила серия взрывов, мы с Алексеем, моим земляком, уставшие от воровства и армейского казарменного произвола, одни из первых, не раздумывая, подписались в эту компанию. Он не раз помогал мне физически и морально справляться с навалившимися трудностями и бедами, подставляя своё плечо, что укрепляло нашу дружбу в тысячи раз. Так вот и в этот раз, мы не колеблясь, вместе встали на защиту нашей родины, родных и матерей добровольно попросившись участвовать в боевых действиях на северном Кавказе. Теперь оглянувшись назад, мне кажется, это безумием и безрассудством, но тогда это было светлое желание помочь людям, нуждающимся в помощи и отдалиться от тех военнослужащих, которых мы заслуженно презирали. А они в свою очередь ненавидели нас, считая со своей стороны тоже справедливым чувством.
В санчасти производились необходимые действия и сбор индивидуальной, медицинской информации на тот случай если наши трупы будет тяжело опознать. Дополнительно каждому выдали общевойсковые жетоны с персональным номером.
Параллельно этому мы подготавливали свои КШМ к предстоящему выезду, проверяя их работоспособность.
В первую разнарядку мы с Алексеем не попали, зато ушла закреплённая за мной КШМ, как единственная исправная. Парадокс! Целый полк связи не может предоставить в колонну исправную КШМ. А если бы их потребовали бы не одну, а, например две? Это происходило на моих глазах, когда, находясь в наряде, помощником дежурного по автопарку я следил за передвижением военной техники полка. Радость и волнение наполнили душу, когда вывели мою КШМ с автостоянки. Но командир роты тут же расстроил известием о том, что та за кем я ухаживал, мыл, ремонтировал и хранил в полном комплекте уходит на выполнение боевых задач без меня с подготовленным к выезду коллективом. Взамен уехавшей мне досталась старая, разбитая КШМ, с пулевыми отверстиями кунга, полученными ещё в первую чеченскую компанию. Её давно надо было отдать на списание, но нет, оставили доживать свой век, пока совсем не откажет. В течение двух недель, до самой темноты, двумя экипажами Лёхиным и моим подготавливались для отправки две КШМ. Гаечные ключи и другое имущество кочевало из моей машины в Лёхину и обратно. Такая вот водительская привычка. Всеми мыслимыми и немыслимыми усилиями мы пытались восстановить работоспособность давно требуемых списания КШМ. Мой водитель Виталий тащил в машину всё, чем мог поживиться: магнитофон с кассетами, огромное количество Елецких папирос "Беломорканал" и многое другое. Ведь нам предстояло жить в постоянных разъездах.
