В моей жизни была лишь карьера, пока случай не вернул в нее Дрю Нортона, ставшего моим первым мужчиной. Из симпатичного парня он вырос в потрясающе красивого мужчину, перед которым просто невозможно устоять. Но меня удерживает понимание того, что я не могу подарить ему настоящее, полноценное счастье. Вот только, кажется, Дрю это не останавливает, потому что он вознамерился заполучить меня любой ценой. Говорят, старая любовь не ржавеет? Пришло время проверить эту теорию. Содержит нецензурную брань.
— Какого черта? — медленно шепчу, отнимая стакан с кофе от губ.
Внимательнее всматриваюсь в текст документа и у меня перед глазами начинает плыть комната. Я покрываюсь испариной. Ненавижу этого мудака всеми фибрами своей души.
— Долли, ты в порядке? — испуганно спрашивает мой помощник Дилан Дидье, сокращенно ДиДи.
Я на автомате киваю, продолжая изучать глазами иск от своего без пяти минут бывшего мужа. Этот подонок смеет наложить лапу на мой дом. Он хочет забрать половину купленного на мои деньги дома с видом на холмы, а мне великодушно оставить машину, которую подарил на нашу первую годовщину. Захлопываю ноутбук, зажмуриваюсь и, поставив локти на стол, впиваюсь пальцами в корни волос. Как же все это мерзко и низко. Хочется пойти и принять душ, чтоб стереть с себя следы пяти лет брака с этой тварью. Он ведь знает, как я усердно работала, чтобы заработать на этот дом. Это же была моя мечта, черт его раздери!
Не позволяя себе раскиснуть, поднимаю голову и распахиваю глаза. Дилан стоит передо мной со все тем же встревоженным взглядом. Осматриваю его розовую футболку и джинсы скинни, которые того и гляди лопнут в причинных местах, настолько обтягивают его. Невольно кривлюсь.
— Слушай, купи себе нормальные джинсы.
Он ухмыляется.
— А что с этими не так?
Я завороженно смотрю на его широкую улыбку, которая ярко выделяется белизной на его темной коже. Красивый парень. Надо будет его попробовать задействовать в новом фильме про подростков. Мой режиссерский мозг начинает прикидывать, на какую роль он подошел бы, когда мне приходится притормозить с рабочими фантазиями, чтобы вернуться в суровую реальность.
— Мне нужен адвокат, — заявляю стальным голосом.
Улыбка ДиДи гаснет, и он снова хмурится.
— Тебя собираются посадить?
— Если бы, — вздыхаю я. — Муж хочет отсудить у меня половину дома.
— Мудила, — резко вырывается из ДиДи, и я широко улыбаюсь.
— Ты так категоричен. А вдруг это он покупал дом?
— Хрена с два, — заявляет он, немало меня удивляя. — Он способен разве что машину подержанную купить.
— И он это сделал. Купил мне подержанную тачку, а себе новую. Каков красавец, а, ДиДи?
Он несколько секунд изучает страдание на моем лице.
— Я найду для тебя лучшую контору.
— Уж постарайся. И не скупись. Я хочу забрать то, что принадлежит мне.
— Будет сделано, босс, — произносит он и, отсалютовав, уходит.
Я смотрю на подготовку на съемочной площадке и медленно пью свой латте, думая о том, какой внезапный поворот может сделать жизнь всего за пару секунд, пока открываешь документ на компьютере. Вот я была в состоянии возбуждения от того, что сегодня первый съемочный день нового фильма, а вот уже сижу, скисшая, и пью остывший кофе. Жизнь дерьмо. Но боженька дал мне ее не для того, чтобы я тут сопли жевала, поэтому…
Встаю и хлопаю в ладоши, привлекая внимание команды.
— Привет. Все здесь?
— Актеров нет, — отзывается художник по костюмам.
— Они нам пока и не нужны. Эта информация для ваших ушей. Сроки очень сжатые, как вы знаете. Поэтому ни одного лишнего перекура, банда. Давайте бодро начнем и так же закончим. Майкл, дашь мне к вечеру выборку по ночным сценам. Тилли, от тебя буду ждать идей насчет выездных. И дай, пожалуйста, название локаций, о которых мы договаривались.
Раздаю еще несколько указаний, на каждую из которых получаю положительный ответ. Это моя стихия. Место, которому я принадлежу. Здесь я управляю и контролирую, и это чувство дает мне некое умиротворение.
Съемки начинаются, как обычно, в суете и беспорядке, потому что актеры пытаются сработаться перед камерой, я кричу, все суетятся. Пройдет еще пара дней, пока мы научимся лавировать между друг другом и не врезаться постоянно в чью-то спину или грудь. Этот предварительный танец, наверное, самое магическое действо, которое происходит на съемочной площадке. И я кайфую от него, как будто мы не неуклюжие, как пингвины, а грациозно выписываем пируэты на сцене Ковент-Гарден.
В промежутках между этими суетливыми часами ко мне подбегает Дилан.
— Завтра в пять вечера тебя ждут в офисе «Бронкс и Юэн». Вот здесь их номер и адрес. Не опаздывай, на все про все у тебя будет сорок минут.
— Когда это я опаздывала? — спрашиваю ДиДи, а он смотрит на меня, приподняв вопросительно одну бровь. — Ладно, ладно, буду вовремя. Спасибо.
И на этом неприятная часть дня заканчивается, сменяясь знакомой уютной суетой.
На следующий день я вылетаю из студии, как будто меня преследует маньяк. Знаю, что опоздаю на встречу, но стараюсь сократить время задержки максимально, как могу. Запрыгнув в машину, ударяю по педали газа и срываюсь с парковки с визгом шин. Через двадцать минут я уже стою на пятнадцатом этаже офисного здания и оглядываюсь по сторонам. Двери, двери и снова двери.
— Вам помочь? — спрашивает услужливый женский голос, и я поворачиваю голову в сторону безупречно выглядящей блондинки.
