Только сколько бы я не стоял на месте, ожидая новой атаки, ничего не происходило. Никто больше не нападал, хотя для этого была хорошая возможность. Я ведь больше половины запаса эфира потратил. Если не сейчас пытаться меня убить, то когда? Когда я стану ещё сильнее, поглотив всю накопленную здесь энергию? Непонятно.
Впрочем, я быстро сообразил что к чему. Похоже таинственный убийца посчитал, что одних его сил не хватит для боя один на один. Сейчас он получил данные о моих способностях, а значит в следующий раз он подготовится лучше. Всё что им потребуется, это спровоцировать меня на действия, а это не так уж сложно сделать.
«Это было опасно», — снова услышал я голос Феникса.
— Знаю. Что уж поделать, если вся моя жизнь это сплошная опасность, — ответил я, опускаясь на выжженную землю. — Честно говоря, для древнего существа ты очень разговорчив.
«Почему я не должен быть разговорчивым?» — я услышал в голосе Феникса недовольство.
— Кто хранит в себе мудрость, тот не торопится ею делиться, — вспомнил я слова Седрика. — От ума и мудрости больше страданий, поэтому многие предпочитают жить в невежестве. Те же, кто понял эту жизнь, не спешат обрекать на страдания остальных.
«Страдания не от ума и мудрости исходят, а от проявления формы разума. Например все наши сородичи разумны, но ты не найдёшь никого, кто был бы несчастен, если конечно его не сделали химерой. Так что это не значит, что я должен постоянно молчать. Последние двести лет я вообще провёл в полном одиночестве. Возможно это капля для моей долгой жизни, но ничего приятного в этом нет. Если не вдаваться в подробности — мы тоже испытываем чувства, только по-своему.»
— А что чувствуют мои фамильяры? Ты ведь можешь сказать прямо то, что они думают? — заинтересованно спросил я. Чувства Ворона и Багиры я знал, а вот что обо мне думал Призрак, нет. Он на самом деле был для меня самым загадочным фамильяром из всех встреченных.
«В вас, в людях, мы видим дополнительный источник счастья. Твой Ворон например считает тебя близким другом. Ему с тобой приятно находиться и интересно наблюдать за твоими действиями. Багира испытывает привязанность к тебе и питает уважение за несгибаемую волю. Призрак… Про него мне нечего сказать.»
— В каком плане нечего? — удивлённо спросил я.
«Он твой фамильяр, но у него нет сознания. Правильнее будет сказать, что он — осколок трёх душ. В нём смешались твоя и души твоих друзей, Исиды и Седрика. После этого он и появился на свет. Он не был рождён эмоциями, поэтому его можно назвать частью твоей силы. Поэтому он может использовать не только эфир, но и ману. Поэтому он полностью копирует твои способности. Он — прямое твоё отражение.»
— Вот так откровение… — не нашёл я что ещё ответить.
Не думал я, что Исида и Седрик останутся не только в моих воспоминаниях, но ещё и в виде Призрака. На такую новость было сложно спокойно реагировать, даже если я понимал, что от этого знания ничего не меняется.
Ладно, не надо уходить в эту рефлексию. Я то знаю, что эти двое не хотели, чтобы я по ним грустил. Их воля живёт в моём сердце, а остальное неважно.
«Я твои мысли читать умею. От этого не закроешься, сразу говорю. На твоём месте я бы подумал, куда пропал Пламенев. Он должен был уже связаться с тобой. Возможно, с ним что-то случилось».
— Когда закончим, от контракта я с тобой точно освобожусь, — недовольно пробурчал я. Ещё не хватало, чтобы кто-то сидел в моей голове и комментировал все мысли подряд. — Что до Фантома — разберусь. Возможно он ещё восстанавливается после того, как мы тебя освободили. Если через артефакт всё равно призвать не смогу, то буду искать обходные пути. Вариантов в общем-то, немного.
«Я тебе намекаю, что он скорее всего у фанатиков. Его вряд ли смогут убить, это как человеку убить хаосита в астрале. Нужно очень постараться. А запечатать они его вполне могли. Вполне возможно это был тот, кого ты Пустым называешь».
— Это всё гадания на гуще. С проблемами я разбираюсь по мере возрастания, — покачал я головой, двигаясь в сторону цитадели. — Даже если это он, я без понятия, где мне их искать. Точнее уверен, что в столице, но убедиться, что с близкими всё в порядке, мне важнее. Тем более это может быть не одна их атака. Нужно позаботиться и о безопасности. Так что прошу, не лезь с советами. Я сам разберусь что делать.
«Хорошо. Это твой выбор», — спокойно ответил Феникс и замолк.
Я же ускорился и приблизившись, увидел на стене Цитадели знакомые лица. Штрафники. А с ними во главе Соколовский. А где Евгений Серафимович и остальные солдаты? Что чёрт возьми произошло?
Увидев меня, никто даже не подумал не отключать барьер и пытаться узнать, кто я такой и что тут делаю. Пусть эти штрафники видели меня вживую лишь раз, о князе Волкове им должны были сообщить мои слуги, которых я здесь оставил. Правда их я что-то не замечал, и Савелия тоже.
Успей они достроить вторую часть Стены, я бы сразу подумал, что они спрятались во внутренней части. Сейчас же ситуация выглядела мягко говоря, странно.
