Нью-Йорк Таймс поместила на первой странице эксклюзивную информацию, которую приписывали «официальным источникам». В ней говорилось, что новая преступная организация приняла на себя руководство всеми бандами, занимающимися незаконными операциями на Манхэттене, в Бруклине и Ньюарке. В качестве лидеров Комбината упоминались Джон Торрио. Лаки Лучано, Лепке Бухгалтер, Фрэнк Костелло, Багси Сигел, Мейер Лански и Долговязый Цвильман.
«Торрио осуществляет закулисное руководство, — сообщила Таймс. — Под его управлением банда приобрела контроль надо всеми рэкетирами и аферистами».
Газета поместила подробные биографические данные о шестерых бандитах. Читатели «Таймс», привыкшие к подробным репортажам, были немного обескуражены скудным отчетом о неофициальном руководи теле преступников. Все, что смогла рассказать Таймс о личной жизни Торрио, умещалось в одном предложении: «Он пришел к власти в Чикаго, перешагнув через труп Бриллиантового Джима Колозимо».
Федеральные агенты, которые, как всегда, предпочли выступать инкогнито, добавили новые сведения. Агент ФБР заявил, что Шульц, бормотавший о каком-то «Джоне» и «большом человеке», на котором лежала вина за совершенное преступление, на самом деле имел в виду Торрио. По мнению полицейского, «помимо Торрио, пет другого Джона, способного купить отель или обещать миллион».
Ни одному журналисту из «Таймс» и «Нью-Йорк Дейли Ньюз» — вторая газета опоздала на день с опубликованием истории — не было известно о заговоре против Дьюи, поэтому убийству в ресторане «Палас» приписывали ложные мотивы. По мнению «Таймс», Шульц отказался передать свои владения. «Ньюз» называла Торрио зачинщиком четырех убийств и утверждала, что Торрио, будучи партнером Шульца в поручительской фирме, обвинил Голландца в убытках на сумму 200 000 долларов.
Насколько мы видим, пресса, у которой не было причин сомневаться в официальных заявлениях, дала читателям понять, что Торрио давно уже находится под наблюдением властей. Это не соответствует известным нам сведениям.
Иммиграционная служба так ничего и не выяснила об участии Торрио в картеле, а затем — о его руководстве «Прендергаст энд Дэйвис». Отчаявшись загнать Торрио в тупик, агенты находили утешение в том, чтобы регулярно информировать Министерство финансов. В Министерстве ничего не знали о бутлегерской деятельности Торрио. Только благодаря информации постороннего осведомителя, было выяснено, что Торрио владеет компанией «Прендергаст энд Дэйвис». Налоговое управление и власти Чикаго снова остались в дураках. При допросе толстяка по делу Капоне они приняли на веру утверждение Торрио, что он занимается недвижимостью.
Полиция, как всегда, начала махать кулаками после драки. После убийства в ресторане «Палас», как и после любого крупного убийства, полицейские предупредили осведомителей, что им не поздоровится, если они вздумают скрывать информацию, относящуюся к делу. Стукачи признались, что до них дошли смутные слухи о новой перестановке сил, которую затевает Торрио. Газетные отчеты лишь демонстрировали свое невежество и отсутствие правильных выводов. Они ничего не знали о Синдикате. Им только было известно, что Шульца лишили возможности заниматься вымогательством. Поэтому, не подозревая о плане убийства Дьюи, они предполагали, что Шульц умер, сражаясь за доходные места.
Самой шокирующей и, вне всякого сомнения, самой пикантной новостью было известие о том, что толстяк участвовал в убийстве такого крупного авторитета. Он явно прибеднялся, выпрашивая лицензию на Поручительскую деятельность. Он не растратил то богатство, которое приобрел в Чикаго. Следовательно, только он мог быть тем Джоном, который обещал Шульцу миллион долларов на покупку отеля.
В бумагах, которые нашли в номере Шульца, в отеле «Роберт Трит» в Ньюарке, содержалось упоминание о сделке, связанной с отелем. Однако записи были настолько неразборчивыми, что этот вопрос так до конца и не прояснили.
У Торрио и Голландца было несколько тайных встреч, как рассказал позже партнер последнего. Очевидным мотивом этих встреч была передача части прибыли бывшему владельцу фирмы-гаранта. Попытка утихомирить угрюмого Голландца, одолжив ему большую сумму денег па отель, была вполне в духе Торрио.
Узнав о том, что Шульц еще дышал, когда его обнаружили в мужском туалете, Торрио немедленно уехал в Майами. Там он прочитал о приказе комиссара полиции Нью-Йорка, Льюиса Валентайна, арестовать семь бандитов, упомянутых в «Таймс».
— Торрио — враг нации номер два, — заявил комиссар.
Капоне даже за тюремной решеткой оставался врагом номер один. Таким образом, Торрио приобрел ту же дурную славу, что и его ученик.
Полиция Майами, которая вела учет отдельных приезжих, предупредила Валентайна, что Торрио и Лучано находятся в городе. Комиссар поблагодарил коллег, и на этом дело застопорилось. Он не смог добиться выдачи преступников другим штатом.
Как только газеты перестали обсуждать убийство Шульца, Торрио вернулся в Нью-Йорк и вновь стал вести тихую и незаметную жизнь.
