— Бен, ты у нас сойдешь за танк. Все, что я сказала остальным, относится к тебе в двойном размере. Никакой пальбы, пока я не прикажу.
— Даже если меня атакуют, — полувопросительно уточнил он.
— В данной ситуации наша безопасность отходит на второй план, — кивнула Николь.
— Утешительная мысль, — проворчала Хана.
— Бен, как только будешь готов, начинай, — подытожила Николь.
Кьяри поудобнее ухватил гранатомет, кажущийся хрупкой игрушкой в бронированной рукавице, и вошел в шлюз. Николь включила пристегнутый к левому предплечью блокнот. Его дисплей показал картину, воспринимаемую камерой на шлеме Кьяри; качество приема было великолепным.
Примерно минуту спустя голос Кьяри затрещал в наушниках. Она немного помудрила с панелью управления под блокнотом, пока помехи не стихли.
— Я у наружного люка Чужака, Николь. Ты принимаешь?
— На все сто, Бен, и звук, и изображение.
— Хорошо. Андрей прав — по-моему, это аварийный шлюз. По моим прикидкам, он прямоугольный, три на четыре метра. То ли они очень толстые, то ли люк рассчитан сразу на многих. О-ля-ля! Это уже интересно. Видишь?
— Пиктограммы. Похоже на инструкцию.
— Ты упустила очевидное. Приглядись повнимательнее.
— А?
Хана прижалась к Николь сбоку, и та повернула руку, чтобы подруга лучше видела дисплей.
— Они гуманоиды, — Хана присвистнула.
— Что?!
Кьяри сделал наезд, и Хана указала на стилизованный силуэт.
— Это лишь грубый набросок. Но взгляните: две ноги, две руки, туловище и голова посредине. Двуногие прямоходящие. Как мы.
— Конструкция люка тоже вроде бы подтверждает эту гипотезу, Николь, — подхватил Кьяри. — Запорный механизм сконструирован для руки наподобие нашей. Очень удобный. Только непонятно, то ли они субтильнее, чем мы, то ли носят более тонкие скафандры. Но я без труда с ним справлюсь. Я следую инструкции и открываю люк.
Комиссар не спешил, перепроверяя каждый шаг. Наконец он закончил манипуляции, и у всех вырвался вздох облегчения.
— Открылся, — зачем-то сообщил Кьяри.
— Мы заметили, — хмыкнула Николь. — Что скажешь?
— Размеры шлюза соответствуют размерам люка — три на четыре, а мой дальномер сообщает, что его глубина семь метров. Порядочно. Внутренний люк под стать внешнему. И снова простая пиктографическая инструкция рядом с более подробной печатной. Переключатели четко размечены и удобно размещены. — Небольшая пауза. — Ну, пошла потеха. Хочу закрыть наружный люк и впустить сюда малость воздуха.
— Действуй, как будешь готов, — отозвалась Николь, мысленно добавив: «Будь осторожен».
— Люк пошел, — доложила Хана. Как только люк стал закрываться, комиссар начал отсчет. Николь вторила ему с небольшим опозданием — таким образом они сразу же узнают, если связь после закрытия прервется.
— Закрылся, — объявил Кьяри. Николь подтвердила и сообщила, что и аудио— и видеосигнал искажены. На дисплее блокнота виднелось «заснеженное» помехами изображение. Оно немного подергивалось, пока Кьяри мотало из стороны в сторону хлынувшим в шлюз потоком воздуха.
— Насосы высокого давления, — отметил он, — для экстренного заполнения шлюза. Ну, чтоб я!..
— Что?! — всполошилась Николь.
— Это воздух! С небольшой натяжкой можно считать его земным. Давление чуть ниже привычного — примерно как в Денвере. Зато содержание кислорода выше; мой анализатор также показывает азот, двуокись углерода, водяные пары и благородные газы. Пока никаких неизвестных элементов, органических или микробиологических примесей… Черт!
Изображение на блокноте Николь озарилось серией ослепительных разноцветных вспышек, и в тот же миг аудиосигнал потонул в шквале помех.
— Кьяри! — завопила Николь. — Бен!
— Порядок, командир, — донесся ответ, когда безумная цветомузыка прервалась столь же внезапно. — Ого! Я даже сдрейфил. Погодите пару секунд, мне нужно сориентироваться. У меня перед глазами плавают мушки размером с дом.
— Поляризаторы шлема не сработали?
— Не успели. Но мне не причинили никакого вреда. Шлюз заполнился каким-то газом. Наверное, своеобразная дезинфекция. А спецэффекты, должно быть, призваны задержать незваного гостя…
— …и дать экипажу время подготовить хлеб-соль, — закончила Николь, — а также сделать гостя более сговорчивым.
— Что-то в этом роде. По-твоему, надо идти дальше?
— Выбора нет, Бен. Мосты сожжены. Но в пекло не лезь.
— Как всегда. Попробую открыть внутренний люк. Не-а. Не везет, Николь. Я тут застрял до окончания дезинфекции.
Прошло пятнадцать бесконечных, изнурительных минут, прежде чем внутренний люк с шипением уполз в переборку, и Кьяри опасливо ступил в ярко освещенный, стерильный коридор. Створка автоматически закрылась, значительно ухудшив качество аудио— и видеоприема.
— Бен, — окликнула Николь, — изображение совсем дерьмовое из-за «снега» и прострелов. Как это выглядит вблизи?
