— Вирусу требуется около шестисот килосекунд — стандартная неделя, — чтобы все симптомы проявились окончательно. Большую часть времени я просто цеплялся за висящий на волоске разум. А сегодня утром мы прибыли на базу корсаров. Этот астероид достигает двух килокэмэ в диаметре и входит в большое скопление посреди Пояса. Николь, эта операция проведена с размахом, весьма профессионально, вероятно, не без поддержки Корпорации. Мы заметили приближение еще трех кораблей — двух штурмовиков и одной обогатительной фабрики. Начальник штаба Шаврин подозревает, что с другой стороны планетки стоят на приколе другие суда. Нас конвоирует самый большой корабль, но еще пара недурно вооружена и не уступила бы «Страннику».
— Продолжай.
— Мы болтаемся рядом с астероидом, а к главному шлюзу по левому борту подстыкован переходной туннель. Шаврин полагает, что, даже вступив в сделку с этими людьми, она все равно обрекает себя и экипаж на неизбежную гибель.
— Я согласна.
— Я тоже. У тебя есть какие-нибудь предложения?
— Это ведь ты легавый. Разве это не твоя епархия?
— Я… — его лицо озарила знакомая ухмылка. — … Это не я.
— Лады. Выволакивай Андрея и Хану из морозилки. Поглядим, что тут можно придумать.
— Есть ли светлые идеи? — спросила Николь, ни к кому в частности не обращаясь.
Первым подал голос Андрей.
— Сдаться мы всегда успеем.
— Эй! — возмутилась Хана. — Ты украл мою фразу!
Николь со вздохом потерла глаза. «Благодарю тебя, Господи, деньки нам предстоят еще те».
— Ребята, я же спрашивала о светлых идеях.
— Можно еще разок взглянуть на интерьер, Николь? — попросила Хана.
Николь кивнула и аккуратно набрала нужную комбинацию на мембранной клавиатуре в поверхности стола конференц-комнаты. Она неторопливо манипулировала регуляторами, как учил Кьяри, и хотя знала, что делает все правильно, не сдержала торжествующую улыбку, когда в воздухе вспыхнуло трехмерное изображение окружающего корабль пространства. Потом повернула камеру к астероиду.
— Погоди! — бросила Хана. Николь отпустила ручку управления, а Хана оттолкнулась от кресла и воспарила прямо перед картинкой, указывая на отдельные точки, разбросанные по неровной, изрезанной трещинами поверхности астероида. — Видите? Николь, ты можешь поймать одну и дать максимальное увеличение?
Когда Николь выполнила просьбу, возникла полнейшая иллюзия того, что они стоят перед бункером. Кто-то присвистнул.
— Пусковые установки, — негромко прокомментировал Андрей.
— И корпускулярные излучатели, — добавила Николь. — Совершенно убийственные вблизи. Огневой мощи этой планетенки вполне хватит, чтобы разделаться с любым крейсером, а то и с целой эскадрой.
— Интересно, можно ли как-то убрать или заблокировать эти бункеры? — вслух гадал Андрей.
— Если у них общий источник питания и — или — трехмерная связь, — ответила Николь. — Тогда, захватив центральный пульт, мы парализуем их. К несчастью, — она чуть сместила изображение, — каждый бункер снабжен собственной системой слежения. Видимо, у них как минимум троекратный запас надежности плюс автономные источники питания. Если центральный пульт отключится, они перейдут на индивидуальные системы управления и контроля, продолжая стрельбу.
— Николь, нам понадобится от силы пара минут, — заметил Андрей. — Только бы успеть ликвидировать механические швартовы и чуть отойти от астероида.
— А что потом? — не скрывая сарказма, осведомилась Хана. — Просто испаримся?
— Что-то вроде того, — усмехнулся Андрей. — Включим звездный привод.
Несколько секунд все потрясенно молчали. Гениальная простота этого предложения потрясла собравшихся.
— Верно, — пробормотала Николь, обретя дар речи. — Он ведь вполне работоспособен, не так ли? Но мне казалось, что «Разведчик просторов» не выдержит перехода в искривленное пространство.
— Нам потребуется задействовать двигатель самое большее на две секунды от силы — пуск, раз, два, и вырубили! Думаю, подобную встряску корпус перенесет. Сложность заключается в том, чтобы прыгнуть в правильном направлении, иначе во время обратного перехода можно врезаться в планету или в Солнце.
— Андрей, — недоверчиво поинтересовалась Николь, — а насколько далеко занесет нас такой бросок, черт его дери?
— Исходя из трех секунд полетного времени… Тут у меня есть грубая прикидка. Хана, ты не сделаешь выкладки?
Она что-то нацарапала в блокноте, задумчиво пожевала кончик ручки и присвистнула.
— Мы окажемся на другом конце Системы. Наверное, мы вынырнем за орбитой Плутона.
— Сорок астрономических единиц, — подытожила Николь. — Свыше шести миллиардов километров — всего за три секунды?!
— При запуске с места, — подтвердил Андрей. — Звездный привод халиан'т'а немного эффективнее нашего.
— Это уж точно. Если корсары об этом узнают — пиши пропало; на Шаврин с ее экипажем можно ставить крест.
Дверь с шипением распахнулась, и вошел Кьяри. Николь первая увидела его и невольно затаила дыхание от такой неземной красоты — иначе и не скажешь, хоть он и остался эталоном мужественности.