— Страховка⁈ — Я встал, поставив стакан на прикроватный столик и зашагал по небольшому пространству. — Через получение силы Бога⁈ Ты слышишь себя? Ты говоришь о непредсказуемости искусственного интеллекта, а сам предлагаешь лезть в его ядро с самопальным вирусом, используя меня как троянского коня! Это же безумие! А вдруг вирус сработает не так? Вдруг он не захватит контроль, а сломает Систему? Удалит ее? Оставив миллиарды людей без защиты, без навыков, без лечения, без порталов? Вернув нас в каменный век посреди галактики, полной монстров. Сколько тогда понадобится времени на повторение катастрофы? Как быстро к нам придут какие-нибудь инопланетяне из числа тех, кому мы оттоптали лапы по незнанию? Тот же эльф, который как оказалось управлял ящерами. — Обвиняюще ткнул я пальцем. — Он же жив, сбежал. Кто мешает ему найти других марионеток и снова напасть на Землю? И сколько мы сможем сопротивляться без её помощи? Даже ящеров победила она, а не мы! Что мы сделаем против армады из тысяч звездолётов? Ты же был всегда рядом со мной и наблюдал за тем, что происходит наверху. Там миллиарды обитаемых планет и часть из них уничтожают или захватывают просто потому, что кому-то сильному это захотелось сделать.
— А кто судит Систему сейчас? — Парировал Дмитрий. — Кто держит ее в узде? Никто! Она абсолютный монарх в нашей реальности. Наш план — это всего лишь попытка установить конституционную монархию, где у подданных есть хотя бы право петиции! Право спросить: «А почему так? А зачем это?». И да, соглашусь, это огромный риск. Но это шанс избежать худшего сценария — тотального порабощения или стирания по воле машины, которая решит, что мы больше не эффективны! Возьми себя — ты только что получил вкус к планетарной силе. Это был затягивающее ощущение, да? Мысль о том, что можно получить еще больше, еще быстрее — она уже шевелится в твоей голове, я вижу это по твоим биопоказателям, уровни дофамина и кортизола растут. А теперь представь, что Система, управляющая всем, в своей гонке за эффективностью или пониманием вселенной, решит, что для достижения цели ей нужно поставить под тотальный контроль всю галактику. Кто её остановит? Я согласен, что наш план — это не идеал. Это всего лишь отчаянная попытка сделать хоть что-то, прежде чем нас прикончат. А я уверен — что рано или поздно, это произойдет!
Я остановился, оперся руками о стол. В голове крутились образы будущего: идеально работающие города на Земле, вечно молодые люди нее знающие даже такого понятия как болезни, и тут же, — те же картины, только в которых за фасадом скрываются миллионы уничтоженных планет, уничтоженных всё теми же людьми.
— Ты прав в одном. — Тихо сказал я, не поднимая головы. — Мысль о повторении, о том, что мне нужно больше силы — она есть. И насчет Системы… — Я взглянул на него. — Ты видишь только риск, тогда как я вижу результат. Мир, здоровье, развитие, снижение уровня насилия — причем скорее всего не из-за зомбирования, а потому что у людей появилась цель, выход для амбиций, которые раньше выливались в войны! Да, Система контролирует людей. Но это контроль, который работает на благо людей здесь и сейчас! Что будет дальше — неизвестно! А вирус в Системе, наш прыжок в неизвестность — это колоссальный риск обрушить её! Причем риск, основанный на страхе перед гипотетическим сумасшествием Системы! А если она не сойдет с ума? Если она просто продолжит делать то, что делает? Мы разрушим работающую систему из-за паранойи!
— Работающую для её целей! — Настаивал Дмитрий, продолжая всё тот же разговор, который мы уже не раз начинали. — Целей, которых мы не знаем! Что если завтра для их исполнения внезапно станет необходимо наше растворение в каком-нибудь коллективном разуме для повышения эффективности обработки данных? У нас не будет даже шанса пикнуть! Как у ящеров — которых просто аннигилировало! План опасен, я согласен. Но отказ от его выполнения — гарантированная беспомощность перед лицом абсолютной, неподконтрольной силы. Выбор между опасным шансом и гарантированным рабством с неясным сроком годности. Я выбираю шанс. Даже если это потребует пройти от нас по краю.
Он взмахнул рукой и посередине комнаты повисла звёздная карта, в которой была отмечена точка планетоида, сохранённая мною на случай, что я когда-нибудь вернусь и уничтожу его. Дмитрий, убедившись, что я смотрю на неё — продолжил.
— Результатом выполнения плана может быть свобода. Но я точно знаю, что если ему не следовать, то в конце пути в роли послушного винтика в машине Системы, в лучшем случае нас ждёт роль бессловесных марионеток, а в худшем — уничтожение. Подумай, Максим. Подумай о той силе, что уже в твоих руках. И спроси себя: хочешь ли ты быть инструментом в чужих руках, пусть и удобным, или хочешь быть тем, кто держит инструмент и, возможно, однажды сможет понять, как работает станок? Даже если для этого придется взломать Бога. Подумай… И уже окончательно реши всё сам для себя.
Он отключился, оставив меня в одиночестве.
