— Ты, наверное, слышал мою скажем так, лекцию, о том, что в обычных звездолётах в качестве топлива выступает дейтериевая плазма, удерживаемая и разгоняемая комбинированным магнитным и гравитационным полем внутри ускорительного канала? Так вот, большие станции таким образом не разогнать. Слишком массивные и инерционные объекты, и на них используется уже другой вид топлива — стандартный энергетический блок на основе ферро-геля, обогащённого микроволокнами трилиума. В нём происходит каталитическое разрушение молекулярных связей с высвобождением высокоэнергетической плазмы. Вот только никто не пробовал разгонять огромные объёмы очень дорогих топливных элементов до скорости в пятьдесят тысяч километров в секунду. Ты знаешь, сколько миллиардов кредитов ты таким образом сжёг?
Я скептически пожал плечами. Мне это всё равно практически ничего не стояло. Потратил пару дней на печать, энергия восстановилась, так что вопрос был скорее риторическим.
— Ну сжёг и сжёг. Зато кажется изобрёл нечто убойное.
— Трилиевые микроволокна и феррогель. — Задумчиво произнесла Рийса. — Мне кажется дело в этом… Подожди минутку, проверю расчёты.
Девушка активировала бортовой компьютер, начав вбивать туда данные.
— По информации, поступающей с оставленных тобою датчиков, по крайней мере пока они не сгорели, там выделялись миллионы градусов за доли секунды. Получается, кинетическая энергия превратилась в тепловую почти без потерь. Истребители при столкновении преобразовывались в плазменный комок, на который сверху прилетал ещё один взрыв, давая возможность расширения только в одном направлении — создавая эффект кумулятивной плазменной струи. Получилось нечто вроде цепной реакции. По сути, это создало стоячий ударный пакет сверхплотной энергии.
Я внимательно взглянул на девушку.
— Ладно. Принимаем за рабочую гипотезу. Пусть плазма, но откуда столько энергии?
Она пожала плечами.
— Может, мы упускаем квантовый эффект? Феррогель и трилий под давлением ведут себя странно. Существуют эффекты на субатомном уровне, вроде вакуумного флуктуационного взрыва.
— Что-то вроде резонанса электронных оболочек? — Вспомнил я недавно прочитанные книги. — Зародыш плазмы — это заряженный конденсатор. При ударе он мгновенно разряжается, выстреливая потоки частиц. Если бы в топливном блоке были тяжёлые ядра — они могли бы дать гамма-импульс.
— Там как раз триливые микроволокна — Напомнила она. — Это тяжёлый элемент. Возможно, при ударе запустилась ядерная реакция.
Я увлёкся нитью её рассуждений, чувствуя, что вполне могу проследить их. Всё же развитый интеллект давал ощутимые преимущества. Раньше, одни даже мысли о таких сложных материях заставили бы болеть голову, а сейчас ничего — нормально. Мне даже в принципе всё было понятно.
Потерев подбородок, я продолжил.
— Нет, тут должно быть что-то ещё. Может дело в магнитном поле? — Я вновь посмотрел на смоделированную голограмму. На фоне взрыва вырисовывались едва заметные, причудливые поля индукции. — Феррогель ведь содержит мельчайшие магнитные частицы. При ударе инерция могла превратить его в микроскопическую магнитодинамическую бомбу. Энергия поля могла нарастать практически без торможения.
— Магнитострикционный резонанс? — Подхватила Рийса, уловив мою идею. — Магнитные поля быстро коллапсировали, создавая плазменную волну. А если добавить к ней эффект движущихся однонаправленных полей — уже получается что-то похожее.
Я медленно кивал в такт её словам, а затем перехватил, подытожив.
— Значит, пока получается так: при таком разгоне электромагнитная энергия выросла экспоненциально. Каждый истребитель стал похож на сверхконденсатор, выбрасывающий всю энергию в момент удара. Так как их было много, то задействовался принцип многоступенчатого взрыва. Первый этап — кинетическая энергия удара, при котором материя превращалась в плазму. Второй этап — магнитная компрессия и резкий рост энергии. Третий — волна выходит наружу как сверхсветовая ударная волна.
Рийса нахмурилась.
— Звучит как научная фантастика, но других объяснений я не вижу. С другой стороны — это действительно может послужить оружием против Роя.
Девушка встала, бросила ещё один взгляд на расчёты и перевела его на меня.
— Ладно — я в деле. Давай надерём ему задницу!
Глава 2.
— Это что за херня? Нет, Макс… Я, конечно, всё понимаю, но это уже за гранью. Да и выглядит… Противненько.
Рийса впервые, воочию увидела Осколок Роя, поглотивший планетоид. Небольшая луна, вращающаяся вокруг мёртвой планеты, была буквальным образом сожрана чудовищным монстром. Возможно даже, что он уже переработал породу, и сейчас готовится отправиться дальше в путь, разродившись новыми спорами.
