— Конечно. Настраиваю систему синхронизации. — Послышался в ответ голос Дмитрия. — Снова ожидаем феерическое зрелище?
— Да как бы не сильнее… — Отмахнулся я. — Планетоид гораздо меньше, чем планета.
— Тогда может уменьшим мощность?
— Нельзя. Если не убьём с одного раза, то Рийса говорит, что прилетят какие-то охотники. А пережить встречу, по её словам, с ними чрезвычайно сложно.
— Только не говори мне, что ты боишься. — Попытался подначить меня Дмитрий. — Ты же гроза всех чудовищ, победитель монстров и сильнейший человек в галактике.
— Моё место в рейтинге говорит об обратном. Да и я не за себя беспокоюсь, а за девушку.
— Да брось ты. Сам же знаешь, что уровни мало что значат. В честном бою скорее решит набор характеристик и навыков, а не в честном — крупнокалиберная пуля в голову с расстояния в пару километров.
— Тут тоже не факт. — Парировал я. — Есть куча народу, способности которых позволяют выживать даже при таких повреждениях, или и вовсе, не допускать их. Того же президента этим не взять — уже пробовали, насколько я знаю. Не знаю, до какого уровня он развил свой инвентарь, но зона контроля, в которой он царь и бог, у него просто ошеломительная. Его, насколько я знаю, только силовые щиты останавливают, и то ненадолго, пока не перегрузит.
— Это тоже не панацея. Лазерный луч, молния, контроль температуры. — Начал он перечислять мои навыки.
— Так, стоп… Мне не нравится, куда ты клонишь. — Остановил я парня. — Я даже в теории не собираюсь драться с ним.
— Да я и не говорил ничего такого. Просто перечислял в теории то, что способно пересилить телекинез. Универсальной защиты не существует — против всего можно найти ключ. Даже против бессмертия и регенерации. — Намекнул он на британца.
По своим каналам мы уже узнали, что миссия захвата провалилась. Вроде всё так хорошо шло. И группу подобрали идеальную: сильные, быстрые бойцы, специализирующиеся на заморозке. Но вот чего люди Томилина не предусмотрели, это того, что чокнутый Чарльз имплантирует себе в голову бомбу, способную разнести на атомы целую космическую станцию. Хотя как раз с его способностями это несложно — забрал с собой на тот свет врагов, а потом спокойно восстановился. Причём этот ублюдок очень хитро поступил — на каждой станции оставил по частице своего тела и при необходимости мог быстро появиться там, пусть и чертовски противоестественным способом — через самоубийство.
— Идея с заморозкой была правильной, надо было просто чуть жёстче действовать. — Продолжил он говорить. — Не только обездвижить руки и ноги, но и проделать то же самое с его головой. У него, судя по всему, зашкаливающая выносливость и пара килограммов льда в глотке его не убьёт, но по крайней мере не даст пошевелиться, пока его не доставят в специально оборудованное место, а уже там у него не будет и шанса вырваться. По-хорошему, надо было с группой захвата отправлять твоего орка.
— Урзул’Рага?
— Ага. — Кивнул голографический болванчик Дмитрия. — Зря что-ли он прокачивает свой навык Технокинеза? Он бы эту бомбу почувствовал и деактивировал.
— Нет. — Отрезал я решительно. — Он ещё не готов. Там нужен под пятидесятый уровень навыка, а с появлением неубиваемого монстра я сказал ему все силы бросить на прокачку защитного костюма. Не хочу больше терять друзей.
— Ты же понимаешь, что если он узнает о том, что ты бережёшь его от опасности, то как минимум возмутится.
— Хах. Это ещё мягко сказано.
Я представил здорового орка, вся жизнь которого прошла в сражениях и у которого наконец появился шанс достать одного из принцев эльфийского дома, стоящего напротив меня и говорящего, как он недоволен происходящим.
— Так-то ты прав, но с этой проблемой, пожалуй, разберёмся позже. Этот Тарнелиус пока слишком силён для него, он на равных сражался с президентом, так что, пусть Урзул’Раг качается. А Чарльз оттоптал слишком много ног и поквитаться с ним полно желающих, так что пусть пробуют. А мы будем давать информацию о том, где он находится.
— Ладно. Кстати, у меня всё готово. — Внезапно сменил тему Дмитрий. — Истребители синхронизированы. Работаем?
Я кивнул, предупредил Рийсу о том, что надо быть готовым резко удирать из системы, если что-то пойдёт не так и отдал команду начинать.
Двадцать синхронных вспышек плазмы превратили истребители в кинетические снаряды, и они рванули вниз, в то самое отверстие на планетоиде. Осколок, непонятно каким чувством осознавший угрозу — прикрыл уязвимое место, скрутив щупальца в огромный розовый бутон — высотой в десятки километров. Но всё было тщетно.
Кинетическая энергия снаряда, умноженная на чудовищную скорость, превратилась в волну чудовищного давления, распространяющуюся со скоростью звука в этой биологической субстанции. За долю секунды на поверхности планетоида образовалась гигантская вмятина. Биомасса вела себя как сверхплотная жидкость — она поглощала удар, деформировалась, пытаясь распределить энергию.
