Очередное “утро” не сулило ничего доброго – все тело разламывалось от боли после поединка, а живот остервенело урчал, требуя хоть какой-нибудь пищи. Решив, что разводить костер под открытым небом слишком рискованно, я взвалил на себя тяжелую ношу и продолжил путь, надеясь отыскать в дороге что-нибудь съестное. Сделав несколько глотков из разогнавшейся перед водопадом реки, я вновь вернулся на тропу, которая вскоре вывела меня из темного леса.
Вереницы холмов раздались в стороны, открыв взору большое чистое поле, скрывающееся в вечных сумерках. Тут и там светились магические сферы, несущие смерть всякому, кто осмелится подойти. Отродясь в нашем мире не было ничего волшебного – о всевозможных колдунах и заклинаниях я слышал лишь детские сказки, которые мне рассказывали матушка и тетя Мели, но даже тогда я не верил в эти дурацкие россказни. Однако теперь чародейство уверенно вступило на земли Аверии, полностью изменив мое представление о том, что реально, а что нет.
Вновь сосредоточившись на тропе, я размеренно вышагивал по уплотненной полоске земли, окруженной жухлой, ссохшейся травой. Солнце так и не появлялось, а без его энергии, его жизненной силы, природа моей родины приходила в упадок. Не знаю, сколько нужно времени, чтобы полностью истребить флору и фауну в целом государстве: недели, месяцы или годы. Как бы то ни было, я погибну гораздо быстрее, если не найду хоть пару съедобных корней, а потому я стойко брел вперед, с трудом переставляя отяжелевшие ноги.
Наконец-то! Узкая проселочная тропа вывела меня к имперскому тракту. Эта широкая дорога, выложенная настоящими каменными плитами, уверенно бежала на северо-запад, к Срединному плато, служившим своеобразными воротами в земли Дамира.
Мастера империи строили лучшие дороги на всем белом свете, превратив это, казалось бы, простое ремесло в настоящее искусство. Тракты, проложенные предками современных дамирцев, веками служили армиям и грузовым повозкам, которые могли ехать из конца в конец своего необъятного государства напрямую, игнорируя любые естественные препятствия. Реки, овраги и даже горные хребты подчинились человеческой воле и умелым рукам, которые соорудили гигантские мосты и длинные тоннели, поддерживаемые сложной системой арочных конструкций.
Немудрено, что король Аверии заключил со своим главным союзником выгодное соглашение: Империя выписала нам своих архитекторов для прокладывания крупных трактов через все государство в обмен на крупную сумму в золоте, которая требовалась Дамиру для набора дополнительных войск в связи с обострившимся ситуацией в районе Волглой Низины. Стоит заметить, что баронский мятеж, переросший в полномасштабную гражданскую войну, начал зреть как раз в период постройки дорог, за которые Аверия, по мнению отколовшихся аристократов, заплатила слишком высокую цену. Сейчас, идя по отполированным камням этой исполинской конструкции, видя сложную систему отвода грунтовых и дождевых вод, которые не могли причинить тракту никакого вреда, я понимал: дамирцы строили на века, так что решение короля было более чем оправдано.
Погрузившись в свои мысли, я пропустил момент, когда чуть было не наступил на тушу оленя, который выскочил на дорожное полотно и встретил здесь свою смерть. Резко наскочив на внезапное препятствие, я встал как вкопанный, вернув занесенную для шага ногу на место.
Тело животного, судья по тяжелому сладковато-кислому запаху, пролежало здесь приличное количество времени, однако вездесущие насекомые-трупоеды к нему даже не притронулись. Мышцы и жир давно усохли, шкура плотно обтягивала проступившие очертания костей, однако и глаза, и кожа оленя сохраняли свой первозданный вид. Присмотревшись внимательнее, я заметил, что чуть позади разлегшейся посередине дороги туши на дороге валялись несколько маленьких камней. Стоило мне отвести взгляд, как камушки тут же шевельнулись, подкатившись в мою сторону.
Не поверив собственному зрению, я хорошенько проморгался и вновь уставился на гальку. Она не двигалась, являя собой идеальный образчик мелких придорожных камней. Повернув голову, я позволил себе досчитать до двух, а затем опять кинул взгляд на тракт.
Гальки не было.
Испуганно отпрыгнув назад, я увидел, что четыре скругленных камня оказались прямо на том месте, где я только что стоял, каким-то образом пройдя через тушу оленя насквозь. Поперек его мертвого тела вдруг появилась тонкая светлая полоска, и в воздухе заструилась струйка белого дыма. Запах разложения дополнился отвратительной примесью паленого мяса.
Соскочив с возвышенной дороги, я припустил в обход этого места, скользя по песчаной насыпи, а затем вновь вернулся на камни. Впрочем, сбавлять темп я не собирался, гоня измученные ноги подальше от этого проклятого места. Ну дела! Не хватало мне светящихся сфер, способных убить одной короткой вспышкой света, так теперь еще и за мелкой галькой следить! Мир явно сошел с ума!
