Закир сделав вид, что не заметил буйной реакции Егора, продолжил свои откровения.
— Да на самом деле мой отец очень богатый человек, принадлежащий к теневым кругам, которые по настоящему правят нашей страной.
— Сударь, а позвольте вас спросить — губы Марика подрагивали от едва сдерживаемого смеха, и он дикими усилиями пытался сохранить спокойное выражение на своем лице — ваше настоящее имя случайно не Майкл Корлеоне?
При этих словах смех Егора, все еще бившегося в корчах, перешел в стон.
— Ну вот, вы всегда так, стоит с вами чем-то поделиться, сразу поднимаете меня на смех — Закир не на шутку обиделся.
— Да нет что ты — вмешался в разговор Алан — просто истории у тебя все слишком закрученные. Недавно ты рассказывал, что за ночь можешь переспать с девчонкой пятнадцать раз за ночь, сегодня ты уже наследник крестного отца, а завтра мы узнаем, что ты еще и внебрачный сын Далай-ламы.
Закир вскочил, намереваясь выйти, но товарищи силой усадили его на место, дружески внушая ему.
— Ну ты пойми чудак человек, какая нам разница чей ты сын, или палок можеш кинуть бабе за ночь. Мы ценим тебя за твои настоящие качества, а не за придуманные истории.
— Да ничего я не придумываю. — снова взвился Закир — Мой отец и вправду очень большой человек в теневых кругах…
— Хорошо, хорошо верим. Да не хмурься ты так, правда верим.
Когда обстановка за столом разрядилась, Марик решил выдернуть друзей на серьезный разговор.
— Ну а если посерьезному, все мы через некоторое время встанем перед проблемой, чем нам заняться. Идти на завод или в какую-нибудь госконтору, протирать штаны я думаю глупо. Сейчас все умные люди идут в бизнес, открывают предприятия, берут кредиты и постепенно раскручиваются. Может и нам, всем вместе, чем-нибудь заняться после защиты дипломов.
— Я за — сразу же поддержал Марика Егор — мы друг друга давно знаем и всем вместе всегда легче, что то замутить.
— Не знаю — задумался Алан — мне еще год в художественном учиться. Да и коммерция, что-то меня не очень тянет.
— Ну а что же, если не коммерция?
— Посмотри, сейчас многие крепкие ребята сбиваются в группировки и берут под себя комерсов. Ты хочешь им платить за крышу и быть чьим-то лохом? Лично я — нет. А не платить, не получиться, потому, что если ты что-то продаешь, то значит, ты по любому коммерсант и должен делиться. Здесь нужно еще очень хорошо подумать, прежде чем на что-то решиться.
— Ну а ты Закир? — Марик требовательно посмотрел на аварца.
— Я тоже пока не знаю, мне после окончания института надо будет вернуться домой, а там как отец скажет. Если он меня отпустит, то я конечно с вами, а если нет, сами понимаете, у нас в горах слово отца еще очень много значит.
— Ладно, давайте тогда пока на время отложим этот разговор — подытожил Егор. — а там как Бог даст.
В это же время постепенно стали развиваться отношения Егора и Зары. Его тянуло к этой невысокой смешливой зеленоглазой девушке. Он уже приходил в общежитие уже не просто так, за компанию с Мариком, навещавшим Алину, а целенаправленно, чтобы увидеть Зару. Ей он тоже явно нравился. Она все чаще стала заходить к Алине и Лие в комнату, когда у них в гостях сидел Егор. Они весело перешучивались и подкалывали друг друга, все больше сближаясь, и это не ускользнуло от взглядов их друзей и подруг. На самом деле все, и прежде всего сами Егор и Зара, понимали, что их отношения не имеют никакой перспективы. Зара уже в этом году должна была закончить мединститут и вернуться домой. Ее семья принадлежала к известному чеченскому тэйпу, и ее родители никогда не позволили бы дочери выйти замуж за русского. Сама Зара с глухой тоской говорила о возвращении домой. Она знала, что ее запрут в четырех стенах сначала родители, а потом муж, за которого она выйдет по их указке. Чеченки не имели той свободы, какой пользовались женщины в более либеральной и светской Осетии. Собираясь домой на выходные, девчонки, которые учились во Владикавказе, стирали с лица всю косметику, одевали самые длинные юбки и повязывая голову платком. Не дай бог, дома узнали бы, что они могут ходить в юбке выше колен или красить губы, так их просто запороли бы. Годы обучения в институтах для многих из них были окном в другой мир, которое безжалостно закрывалось по окончании ВУЗа и возвращении домой.
Как-то, когда друзья вместе вышли из общаги, Марик вытянул Егора на разговор.
— Слушай, да ты что, совсем попутал, что ли? Чего ты с Зарой шашни затеваешь. Оно тебе надо? Тебе что других девчонок мало?
— Да с чего ты это взял? Ничего я не затеваю, и причем тут другие девчонки?
— У меня глаз нет, что ли. Думаешь, я один вижу, как вы друг к другу постоянно жметесь? Какой смысл тебе в этом, я не понимаю. Если чисто потрахаться, то не стоит и затевать, ты же знаешь, какое у чехов отношение к этому. Они потом бедную девчонку со свету сживут. Для этого вариантов попроще вокруг валом. Вон та же Ленка, она же пороться любит больше, чем медведь бороться. Ты ей только свистни.
