— Отработаете потом, — жёстко пресёк я эти восхваления, иначе могло затянуться надолго. — Мне нужна точная информация по Лорду: сколько сейчас у него единичек, двоек, троек и так далее. Сколько охраны в лагере, как часто выбираются из поселения, какое оружие, артефакты — даю срок два дня. Не справишься, оставлю без жратвы.
— Будет сделано, Повелитель, — отчеканил Пронский, и я велел им убираться. Дорогу назад и так знал, тут недалеко.
Сейчас стоял день, потому я поспешил вернуться домой, чтобы немного перевести дух после марафона по Брешам. Сегодня сычовцам впервые было позволено отдохнуть. Все тут же разбежались по своим норам: кто спать, кто в кабак, ну а кто-то соскучился по женскому вниманию.
Сам же я как лидер всё равно полдня потратил на работу. Пока устраивали засаду Пичуге, пока ждали, часов шесть пролетело, но я это время тоже потратил с пользой — Терех объяснил, как быстрее взять второй шаг в некромантии.
Однако с этим лучше повременить в пользу медитаций. Сгусток растоплен, и надо укреплять себя. Я ежедневно проделывал часовой ритуал, полностью концентрируясь на ментальном и физическом теле, чтобы очистить организм от всего ненужного. Здоровье стремительными темпами становилось всё лучше и лучше. Даже зрение перестроилось и стало дальше видеть, то же самое и с остальными органами чувств.
Боль от некромантской печати неприятно распространялась по груди, будто сжимая рёбра, и те задевали собой внутренние органы, отчего и дышать становилось невозможно, и ноги подкашивались. Сердце готово было вырваться из груди, неприятный липкий пот по всему телу и подступающая тошнота довершали этот болезненный опыт.
Потому я и решился на шаг с медитацией. Надо повысить эффективность собственного родного лечения и использовать заложенные в тело резервы, вернув практики прошлого мира.
Это позволит подготовить плацдарм для следующей ступени некромантии, а процентили уже давно не проблема. Почти всю работу с «малютками»-Брешами делал я, заливая тварей сокрушающим огнём. Остальные держались на подхвате, потому мой прогресс не заставил себя ждать. В общей сложности теперь у меня открыто девяносто два процентиля. Сейчас набираются туго, но это всё равно очень быстро ввиду большой магической активности.
Я обещал сычовцам, что такой расклад продлится вплоть до закрытия семейного долга. Ещё недели полторы-две, и всё. Так что все отнеслись с пониманием.
Кстати, больше ста тысяч рублей уже ушли на счёт Барятинских в Громовце. Я их всю неделю копил и вчера попросил в банке отправить скопом, чтобы отец и остальные малость скепсиса поубавили, а то писали там, что я «только зря собой рискую, всё равно заработаю копейки — лучше возвращайся домой». Нет уж, всё будет по моему.
Леса сменились равнинами, и вскоре я уже скакал обратно в Бастион. Мамон всё это время перелетал за мной с ветки на ветку, но когда я оседлал ждущую в чаще лошадь, он взмыл в небо. Я решил брать его с собой, чтобы докладывать о закрывшихся Брешах, как только мы завершаем рейд. Теневых, кстати, больше не попадалось.
Дома стол с яствами таки и манил своими ароматами. Только Ривка всё ещё доделывала артефакт. Обычно в это время я до вечера дрых наверху, а она трудилась за зачаровальным столом, но сегодня меня отвлекли дела. Решили без неё не начинать, потому я поднялся к себе — надо было кое-какие записи бегло оценить.
Ломоносов в свободное время сортировал библиотеку рун. Пока что всю работу в этом направлении делал он. Я за неделю успел только прочесть и усвоить трактат по руническим теням, который прислала Софи. Девушка — большая умничка, смогла-таки найти то, что мне нужно.
Я закопался в бумаги, но неожиданно внизу раздался женский вскрик. Тут же подскочив, я ринулся к двери, но по ступенькам уже топали лёгкие шаги.
— Что случилось? — нахмурившись, спросил я ошалевшую Ривку.
В одной руке у неё был сделанный только что водяной нож, которым она нечаянно порезалась, а в другой ауроскоп.
— Артём, Артём скажи мне, что ты видишь это? — она так близко поднесла ауроскоп к моим глазам, что я ничегошеньки там не видел.
— Дай сюда, — я мягко взял прибор у неё из рук, но сначала оценил рану — на большом пальце красовался глубокий порез, несерьёзный, но с него на пол капала кровь. — Погоди, посмотрю обязательно, — под воздействием некромантского лечения рана постепенно затянулась, осталась только размазанная по ладони кровь. — Ну что там? — я всмотрелся в шкалу водной стихии и увидел отметку в пятьдесят один.
— У меня откуда-то лишняя единица! — возбуждённо заламывала она руки. — Как?
Действительно, ведь она не посещала мест силы в Вологде и работала с магией только дома. Ривка не могла бы без них спрогрессировать. Тут что-то нечисто, но прибор не врал. И словно откуда-то издалека внутренний голос подкинул единственное объяснение.
«Облако маны».
Я присел на кровать и начал сопоставлять все факты, как такое можно объяснить.
«Стоп. Но если бы я был ходячим местом силы для всех, то в отряде бы уже давно заметили рост процентилей».
