Сделав глубокий вдох, я вступил в витиеватый бой со смертью. Не хватало ещё остаться калекой. Нет, так не пойдёт! Правой рукой я коснулся сам себя и запустил обратный процесс. Заставил свои клетки делиться с удвоенной силой, внушив им, что прошло большое количество времени и нужно бы обновиться. Это спровоцировало их рост.
Таким образом, я начал выталкивать как змея шелушившуюся кожу, и через десять минут на земле уже валялись две мерзкие обугленные «перчатки». Слой был успешно удалён.
«Когда получал второй шаг, всё было по-другому», — сказал я себе и вытер пот со лба.
Пришлось сжать зубы и терпеть весь болезненный процесс, но оно того стоило.
«Видимо, каждый взятый шаг Смерть будет подкидывать мне разные задачки. Так даже интересней».
Утренние боли теперь усилятся, а я ох как не хотел раньше времени прогрессировать, но уже никуда не деться. Голем снова меня поднял, и вскоре мы оказались на месте крушения ходячей крепости.
— Сыч! — крикнули с «палубы» и я увидел с ног до головы окровавленного Беса. — А я тут повеселился без вас.
Он лыбился как сущий дьявол. Да уж, этот мечник умеет выживать против превосходящего врага. Более того — он его успешно потрошит в своих безумных скачках по полю сражения! В который раз я удивлялся удали этого безбашенного проходимца.
— Ты не ранен?
— Не-а, мы тут барахло собираем, давай к нам, а то самое вкусненькое пропустишь.
— Хорошо, сейчас, — я махнул ему, что скоро подойду, а сам направился к командиру другой группы ликвидаторов. — Барон Артём Барянтинский, — протянул я ему руку, на что тот неохотно пожал её.
— Василий Ступица, глава третьей дружины графа Бутурлина, — с хрипотцой ответил воин.
Я окинул его взглядом, потом посмотрел на Ломоносова, стоявшего вместе с Джоном неподалёку, и тот отрицательно покачал головой.
— Я надеюсь, вы понимаете, что мой род в первую очередь претендует на эту добычу по праву наивысшего вклада?
— Как бы не так. — парировал Ступица, — Мы первые на них напали, а это значит — добыча наша и никакая охранка вам не поможет. Закон есть закон, — ухмыльнулся дружинник.
Чувствую, придётся повозиться с этим субъектом.
— То есть вас не смущает, что жизнью вы обязаны мне?
— Пхах, да вы слышали? — обернулся он к своим офицерам. — Я ему ещё и жизнью обязан. С какой это стати? — дружинник хоть и общался резко, но выражения подбирал, я не сомневался, что с ребятами он обошёлся куда менее культурно.
— Я вас вытащил из-под магических атак.
— Никого ты не спасал, барон — это всё орден, — Ступица постучал пальцем по кругляшку у себя на груди. — Его защита действует минуту, а это значит, я бы и сам справился, без твоей помощи.
Джон с Ломоносовым стояли возмущённые, но я старался сохранять хладнокровие насколько это возможно перед этим усатым недоразумением без чести и достоинства. Вокруг сновали его люди, разгружая на берег пожитки из крепости. Их было много, гораздо больше, чем нас.
«И экипировка у них лучше».
Также по магическим атакам на Инженера я прикинул, что большая часть дружинников имеет примерно тридцать-сорок процентилей и если это помножить на общее количество магов, то выглядит весьма внушительно.
— Добыча наша, — повторил я и потянулся за ножом на груди.
— Нет, — возразил упрямый Ступица и приподнял свой меч в ножнах, а его спутники резко повыхватывали оружие.
Синяя сфера барьера окутала меня и рядом стоящих сычовцев.
— Хочешь отправиться к праотцам, Барятинский? Давай, отдай приказ, — облизывая губы, с хрипотцой подначивал дружинник. — Здесь тебе не тёпленькое место у мамки под юбкой юнец, игры кончились. Сдавайтесь, и вас смогут выкупить у графа. Вы посягнули на чужую добычу, ещё и угрожали расправой. Это дело подсудное, не такой уж ты и умник, как выяснилось. Очередной барчук, возомнивший себя невесть кем.
Вокруг подходили всё новые и новые маги, настроенные крайне враждебно. Я посмотрел направо и налево, оценивая ситуацию. Технически можно спалить тут всех, главное — успеть спрятать ребят в тени. Жалко, что на противниках огнеупорка, но это не панацея, больно всё равно будет. К тому же неподалёку лежали складированные в ряд трупы отступников — отличный материал для пушечного мяса.
— Значит, род Бутурлиных решил переступить через слово императора и навести свои порядки в этих местах, я правильно тебя понимаю, смерд?
— Кого ты назвал смердом…
— А кто ты? — перебил я его. — Может быть, граф? Или у тебя есть дворянский титул? Что, нет? То-то же. Тогда ты такой же смерд, как и батрак в поле, только свобод побольше. Так какого же рожна безродная шавка мне тут указывает, как делить МОЮ добычу? — сказал я с нажимом и приблизился к нему на шаг.
— Ты совсем берегов не видишь, барон, — скрипя зубами, выдал дружинник.
