Это означало следующее — у меня нет, того, что здесь требуется. В принципе невелика беда, ведь семь рунических атрибутов это довольно много — для начала вполне хватит!
Огонь, вода, ветер, земля, тени, некромантия и барьеры. За бортом остались ещё две: рунический дриудизм с тотемами голубя и лошади. Если честно, я пока не знал, где про эту ветвь магии можно отыскать информацию, да и сейчас важней другое — я нашёл способ развеивания в сложном искусстве зачарования.
Всё оказалось просто: хочешь рунический нож с пятью процентилями, значит, на каждое развеивание должна быть стихия не менее пяти процентилей, иначе — рискуешь идти вслепую. И так по возрастающей: чем более искусным руническим магом ты становишься, тем сильнее твой уровень универсального зачарования.
Я потратил порядка восьми часов, чтобы добиться результата и сделать всё филигранно — нож опять закрутился в воздухе и упал на гранитную столешницу уже пятипроцентилевым.
«Я смог, получилось», — довольный я провёл по лезвию ладонью и достал «старичка», изготовленного ривкиным предком. Да, чувствовалась некая уникальность изделия — каждый мастер проходил свой путь, прежде чем создать артефакт.
«Теперь мне нужно догнать по значениям огненный атрибут, тени и некромантию, чтобы руны больше не отставали от системы „Человек-Источник“».
Когда исчезают неопределённости и знаешь, в какую сторону двигаться, любая дорога спорится. Эти слова затрагивают как зачарование, так и саму жизнь.
«На сегодня хватит».
Приведя себя в порядок, я обрадовал Ривку новым достижением и в этот раз добился, чтобы мой рунический красавец лёг-таки на торговый прилавок. Со стороны может показаться, что это мелочь, и никому такой товар не нужен, но для мастеров, для сообщества зачарователей всё далеко не так. Мастерская возродила своё наследие, и отошедшие в иной мир маститые ремесленники рода Гольдштейнов могли спать спокойно — редчайшее искусство не забыто и ступило на новый этап развития.
К тому же это отличный шанс ещё больше расширить ассортимент диковинных товаров. Думаю, Ицхак грамотно этим воспользуется, ну а я наделаю столько артефактов, сколько потребуется, и даже больше.
Купленный у Ривки нож пока побудет у меня, но с ростом магической силы, придётся отложить его в сундук с трофеями. Да, для меня это был тоже трофей — ключ к сердцу любимой женщины, и продавать я его не намерен.
Переодевшись, я сгонял к мортиканту Тереху в сопровождении Ломоносова — тот заскучал и напросился на прогулку. Моё воинство нуждалось в пополнении, а я не мог больше откладывать церемонию посвящения.
Завтра уже надо будет выдвигаться в поход на стометровую Брешь — ликвидаторы вовсю расчищали в это время дорогу к ней и даже построили фортификационные сооружения близ портала, чтобы облегчить нападение.
На улице сгущался вечер, поэтому я хотел всё сделать побыстрее. Встреча произошла в получасе езды вглубь леса. Там на небольшой полянке уже ждали коленопреклонëнные мортиканты. Точнее, их принудили к этому. Руки и ноги связали верëвкой, а на головах болтались старые мешки.
Вокруг было навалено опавшей разноцветной листвы, а корявый сухой скелет леса трепетал на ветру.
— Развязать эту падаль, — велел я стальным голосом, и трое мортикантов с ножами кинулись выполнять приказ.
Моë появление почуяли ещë до того, как я открыл рот — полумëртвые сразу признали Повелителя и вскинули вслепую головы.
— Вам уготовано жалкое существование, — начал я. — От куска мяса до куска мяса, день за днём, месяц за месяцем — вот ваша судьба. Унижаться, продавать себя, убивать… А больше вы ни на что не годны, — я обвëл взглядом несколько потупившихся лиц и понял, что это мортиканты-новички. — Так думает каждый житель с той стороны, — я показал рукой туда, где раскинулся Бастион. — Вы не то, что второй сорт некромантов, вы — зависимое от людоедства отребье.
Я выдержал небольшую паузу и перестал ходить из стороны в сторону.
— Я согласен почти со всем, кроме одного: вы не бесполезны. Неудачный ритуал выкинул вас за борт человечества, но вы всë также можете ему служить, стать послушным инструментом, ну или сдохнуть здесь и сейчас, — резко подвëл я итог. — Вы не перестанете быть для меня кусками говна, но я дам вам новый смысл существования. Кто согласен, в очередь, — после я разрезал огненным ножом ладонь и вытянул кулак вперëд.
Жадные глаза будущего воинства провожали падающую на землю каплю крови, как самое важное в мире событие. Их было двадцать, все разные, но в прошлом подающие надежды некроманты.
Как только она упала, первым не выдержал заросший бородой мужик и прыгнул вперëд всех, чтобы слизать еë с жëлтого опавшего листа. После него клятву дали и все остальные. Даже зелëные новички в людоедстве.
Жалко ли мне их? Категорично нет. Но я за рациональное использование таких ресурсов: им незачем множить бесконтрольное зло и дальше. Мëртвое тоже должно участвовать в построении будущего. Такова моя философия.
Когда посвящение закончилось, я заметил знакомое лицо.
