«Ах, ну да – это ещё одно доказательство, что он умалишённый, у него и при жизни с головой не всё в порядке-то было. Бедный ребёнок, не дай бог кому такую „любящую“ семью».
Я при жизни много повидал несправедливости и привык, что она всегда идёт бок о бок с человеком.
Если руны не работают, значит, начнём с малого – оценим магический потенциал. И, надо сказать, с этим было всё в порядке – парню повезло. Его ментальное тело было похоже на тучного, пышущего здоровьем полнокровного бычка. Нетренированного, несмышлёного, но сильного.
«Вот только с прошлым сознанием, Артёмке весь этот потенциал, что собаке пятая нога. Как же судьба разбрасывает-то способности щедрой рукой: одним ничего, и они из кожи вон лезут, а другим задарма. Только счастливчики не видят золота под ногами».
Первым делом, всю ту ману, что хаотично разбросана по тканям, надо равномерно распределить. Больше всего её было в области правого полушария. Оно нешуточно перегружено. Видимо, это и послужило причиной умственного недуга.
Юный организм не смог справится с манаизбытком, а местные эскулапы, идиоты такие, не заметили отклонения на ранних стадиях взросления.
Несмотря на холод, я быстро нашёл в погребе куски старой робы и постелил её на пол. До того, как замедлится кровоток, нужно заняться разгоном маны.
Для этого не требуется каких-то особых техник. Сойдёт обычная медитация.
Сев в позу лотоса, я отгородился от внешнего мира. Благо атмосфера звуконепроницаемого погреба способствовала решительному настрою. Недоброжелатели думали, что сделают мне только хуже, но нет… Всё как раз таки наоборот.
Несмотря на мой опыт в медитативных техниках, сознание было подобно замёрзшей глине – еле-еле поддавалось воздействию. Чувствовалось, что ресурсы мозга совсем не использовались на протяжении восемнадцати лет.
В прошлом мире я входил в транс меньше чем за секунду, здесь же потратил порядка двенадцати часов, чтобы просто разогреть область скопления маны. Бесформенная фигура чуть-чуть поддалась воздействию, но даже не сдвинулась с места.
От подобных манипуляций всё тело затекло и замёрзло. Дальше продолжать я уже не мог и, встав на ноги, выполнил комплекс зарядки и растяжки. Зря я это сделал…
В общем, до растяжки всe же не дошёл, потому что на холоде это такая себе идея, да и тело оказалось ещё хуже, чем я думал. Короче, обошёлся приседаниями, прыжками на месте и отжиманиями с колен – на обычные грудных мышц совсем не хватало.
«Ничего – если я разобью этот манасгусток, то можно будет распределить большую часть потоков в мышцы и поправить своё плачевное положение».
Дверь скрипнула, и я тут же метнулся в угол и присел, чтобы никто не заметил, чем я тут занимаюсь.
– Нате, поешьте, Артём Борисыч, – сочувственно и несколько громко сказал старик, тот самый, что выставлял ухо вперёд – я видел его за дверьми своей комнаты.
– Спасибо, дедушка, – решил я до конца отыгрывать роль подростка.
Похоже, этот человек не желает мне зла, скорее наоборот – смотрел с сочувствием. Хоть мне оно ни к чему, но союзники в новом мире лишними не будут – а сейчас выбор не то чтобы велик…
– Как тебя зовут? – вопрос для сумасшедшего вполне себе нормальный.
– Семён, ваше благородие, Семён, – в глазах заблестели слезинки.
– У меня есть братья, Семён? – тёплая похлёбка оказалась как нельзя кстати: после зарядки тело требовало энергии, и жидкая пища – лучший вариант не околеть и получить питательные вещества.
Мой вопрос совсем выбил его из колеи, и дед расплакался. Мне приходилось учитывать его глухоту, так что разговаривал с ним на повышенных тонах.
– Не плач, Семён – горю слезами не поможешь.
– И… И то правда, барин, – смахнув последнюю каплю, шмыгнул слуга. – Простите, раньше кремень был, а сейчас так… – он дёрнул с досады рукой, – обабился, слабый стал, не нужен никому.
– Но-но Семён, – я хлопнул его по плечу и потрогал, будто невзначай, за исхудавший бицепс. – Ого, ничего себе.
– Что там? Что? – он удивлённо поднял кустистые брови.
– Как что – жилы с кулак! Что-то ты брешешь, дед…
Семён невольно сам пощупал своё богатство.
– Да вроде ничего такого, Артём Борисыч, – сказал, но как-то неуверенно.
– Много ты понимаешь, даже старый лев остаётся львом, – обсасывая куриную косточку до вкусного мозга, ответил я.
– Ах-ах-ах, – лающе рассмеялся дед. – Рассмешили, барин, спасибо. Взбодрили старика.
– Ну, так что там по братьям? Много их у меня? – уже строже и переходя на деловой лад, спросил я.
– Пятеро вашбродие.
– Старшего как звать?
– Олег Борисыч, но ваших братьев дома никак нет, только вы.
– А остальные где?
– Знамо, где – в городах живут: кто в столице, кто где. В отчий дом только летом заглядывают, воздушком подышать. Не любит молодёж деревню…
Я исподволь поспрашивал и насчёт остальных родственников: как зовут, сколько лет, и прочую информацию, что успел вытянуть из Семёна. Тот и рад был почесать языком – видно, что он скучал по живой беседе. Опытный глаз девяностолетнего мага сразу это подметил, ведь возраст – это не только опыт в магии, а ещё и житейская мудрость.
