Первый шедевр полностью

– Во-первых, если ты еще раз ляпнешь, что Джим Фуллер мусарнулся – тебя найдут по частям в лондонских мусорках, – угрожающе прошипел Фуллер. – Во-вторых, это не просто работа – это наш долг перед Тимом Куком. Нашем соратнике и друге. Он был вором, но не заслуживал смерти. Эта картина – ключ к поимке его убийцы. Для всех вас я бы сделал то же самое. В-третьих, я плачу вам из собственного кармана, поэтому либо делаете самую простую работу в мире за 500 фунтов за час, либо все в Лондоне узнают, что Франклину Бёрду и Джо Маруни нельзя доверить даже украсть газету из почтового ящика. И будете обтекать на бирже, облизываетесь на те «жалкие» 500 фунтов, которые могли бы заработать. Так что? Навострите ушки или будете дальше булки мять?

В гараже повисла густая тишина, в которой звучало лишь тяжелое дыхание Гилберта. В конце концов Джо, выпрямив спину на стуле, робко поднял руку:

– Джимми, так и что нам надо делать?

– Наконец-то, вопросы по существу, Джозеф! Итак, план такой…

Грегори подъехал к дому в Астории уже после полудня. Он взглянул на свои пальцы: они тряслись мелкой дрожью, под ногтями все еще оставалась засохшая кровь Амира.

– Только не говори, что теперь каждый раз будешь бросаться в истерику при появлении невидимого мужика. Это утомляет, – пожаловался Куки.

– Я видел его так же, как и тебя, – нервно прошептал Грег. – И этот звук…

– Да-да, щелчки фотоаппарата. И что с того? Проспись со своей беременной самкой, и все само собой пройдет.

– Не называй ее так. Это моя жена.

– Интересно, а она вообще это еще помнит? Ее кровать так давно остыла, что она, наверняка, захочет согреть ее чужим мужиком.

Сил спорить с мертвецом не было, Грег зашел в подъезд и ждал лифта, едва не падая от усталости. Лифт раздвинул свои двери, поглотив одинокого человека.

Щелк.

Грегори вздрогнул и резко обернулся: все это время за его спиной стоял не Тим, а фотограф с непроницаемым лицом, которое скрыли двери лифта. Художник прижался спиной в холодной стенке. В висках стучало, боль в голове пульсировала глазными яблоками, норовившими выскочить из глазниц от напряжения. Он остался в кабине совершенно один. Стены сжимались, выталкивая весь воздух из крохотного пространства.

Двери медленно раздвинулись, и Грегори вынырнул из кабины, будто из-под воды, жадно вдыхая воздух. Щелк. Опять этот жуткий звук… Не оборачивайся. Грег положил руку на коридорную стену и медленно шел к квартире, уперев свой взгляд в ковролин. Серый ковролин. Почти такой же, как и в его студии. В такой же он завернул тело Амира. Щелк. Коридор казался слишком длинным. Он чувствовал за спиной присутствие незримого фотографа.

Что это? Капелька чего-то темного на сером фоне. И еще одна. Нет – их оказалось гораздо больше. И они ведут в квартиру Грегори и Оливии. Щелк. Он ускорил шаг и взялся за дверную ручку. Дверь оказалась не заперта. Щелк. Животный ужас захлестнул Грегори. Усталость как рукой сняло. Он медленно вошел. Пол был усыпан редкими капельками крови.

– Оливия? – осторожно позвал Грег.

Ответом была тишина. Время будто бы замерло. Он крадучись пошел в спальню, где обнаружил окровавленную кровать. Боже… Только не это…

– Оливия! Лив! – Грегори заметался по спальне.

На нее напали? Похитили? Фанаты «Миллуолла»? Нет, они не могли забраться так далеко. Кто-то прознал про деньги! Грегори бегло оглядел обстановку: не похоже, что квартиру обыскивали. Оливия просто пропала? Раненая? Грег снова принялся осматривать квартиру: след красных капель вел из спальни к двери.

Он ощупывал своим ошарашенным взглядом каждый дюйм пространства, пока глаз не зацепился за небольшой обрывок бумаги с чужим почерком.

«Ваша жена в больнице при Пресвитерианской церкви. Л. Джексон, врач». Щелк.

– Похоже, ты очень херовый муж, – перед ним нарисовался Тим. – Наверное, стоит поспешить, ну знаешь… чтобы успеть проститься.

Грегори вскочил на ноги и бросился к лестнице, выскочил как ошпаренный из дома и сел в машину. Щелк.

Он явно превышал скорость, гнал как ненормальный. Как он мог о ней забыть! О своей беременной их первым ребенком жене! Он бросил машину на парковке, даже забыв запереть, и побежал к стойке регистратуры.

– Оливия Бойл! Моя жена! Она беременна! Ее доставили сюда, – выпалил Грегори.

– О, мистер Бойл… Ваша жена…

– Она в порядке? Что с ней?

– Медсестра проводит вас в палату… Мэри! Подойди, пожалуйста…

– Просто скажи, что с моей женой, чертова лярва! – проорал не своим голосом Грег.

Щелк.