Первый шедевр полностью

Он повернулся к метрдотелю, но прыткие официанты уже поставили два бокала с вином на их стол и приставили стулья. Тут же подошел сэр Николас со своей молодой женой, слишком стереотипной блондинкой, чтобы ее хоть как-то можно было описывать.

– Мистер Бойл, надеюсь, я вас не прервал. Осторожно, не пораньтесь – здесь кто-то разбил стакан, – иронично заметил Николас. – Официант! Приберите здесь стекло!

– Папа, пожалуйста… – начала Лив, но была прервана.

– Хорошими манерами было бы спросить родительского разрешения и получить благословения, – продолжил Стоун. – Но, кажется, у молодежи уже так не принято.

– Хорошими манерами, сэр Николас, было бы не мешать вашей дочери насладиться важным моментом ее жизни, – сквозь зубы ответил Грег.

К столику с совком подошла уборщица. Пока она убирала осколки, повисла неловкая пауза.

– Хотите поучить меня манерам, Бойл? – сказал Стоун, как только женщина удалилась. – Прежде, чем ответить, подумайте. Вероятно, вам придется подбирать слова, когда вы придете ко мне в тщетной надежде, что я оплачу вашу свадьбу.

– Папа, прекрати…

– Разве ты ему не рассказала, Оливия? Не рассказала, как променяла любовь и поддержку отца на свои нелепые капризы?

Стоун припал к бокалу вина, смакуя вкус и поглядывая на Грега. Британи безучастно, словно фарфоровая кукла, смотрела в окно.

– Мы не нуждаемся в вашей «поддержке», – твердо заявил Грег. – Как и в вашем присутствии за нашим столом.

– Неужели вы выгоняете меня, мистер Бойл? Хотите лишить меня счастья разделить радость моей дочери? Не ожидал, что мой гипотетический зять окажется настолько бессердечным человеком.

– Уверен, что вы это сможете пережить, – настоял Грег.

– Николас, – вмешалась Британи, – может пойдем погуляем?

– Нам так редко удается собраться так просто, по-семейному, что я просто не могу пожертвовать этим моментом. Мистер Бойл, Вы не поделитесь секретом: как Вы собираетесь обеспечивать свою семью. Мою дочь.

– Грег продал свою картину. За хорошую сумму, – зачем-то заступилась Оливия.

– Неужели? Картину? Вы нарисовали шедевр, который выстрелил, мистер Бойл? – Стоун сложил палец пистолетом и «пальнул» в собеседника.

До того красный от злости, Грегори внезапно побледнел. Он наконец сел, захлопнув коробочку с кольцом, одновременно закусив губу.

– Вы меня заинтриговали, – нарушил затянувшуюся паузу Стоун. – Я, своего рода, ценитель, коллекционер, и, кажется, узнаю последним о таком громком событии в мире британского искусства. Так кто же счастливый покупатель?

– Что вы хотите? – вопросом ответил Грег.

– Я? Что может хотеть любящий отец, мистер Бойл. Чтобы единственная его дочь была счастлива. Правда, Оливия?

– Отец, я буду счастлива с Грегом, – робко прошептала Лив.

– Моя куколка, я не сомневаюсь, что ты будешь счастлива, – Стоун провел своей ладонью по щеке замершей Оливии.

– Папа, дай нам побыть вдвоем…

– Николас, действительно, давай оставим их…

– Да что с вами? Мы же просто общаемся, – рассмеялся Стоун. – Мы же все одна дружная семья!

Он обнял обеих женщин за плечи, улыбаясь в лицо Грегу. Это все больше походило на издевку. Оливия ждала, пока Грегори выкинет что-то в своем стиле, но тот лишь сидел со сжатой челюстью. Сколько эмоций он держит в себе, еще этот разбитый стакан… Она попыталась отстраниться от отца, но он сжал ее плечо.

– Раз вы так цените семью, сэр Николас, – наконец заговорил Грегори, – Вам будет приятно узнать, что вы скоро станете дедушкой.

Теперь уже Стоун напрягся и покраснел, на виске у него вздулась вена – так бывало каждый раз, перед тем как он всем своим моральным весом обрушивался на собеседника. Грег выдвинул вперед челюсть, готовый к этому удару.

– Ты… ты… – Стоун готовился извергнуться потоком ядовитой желчи.

– Я – честный человек, готовый взять на себя ответственность, обеспечить свою жену и своего ребенка. А теперь, прошу простить меня, Николас, мы слишком устали и хотим оставить ваш тесный семейный круг.

Грегори поднялся, убрал обе коробочки во внутренние карманы пиджака, отсчитал дюжину двадцаток и бросил на стол. Он подал руку Оливии и накинул ей на плечи плащ. Стоун с ненавистью взирал на происходящее, он резко вскочил на ноги и схватил Грега за руку, заключив излишне крепкое рукопожатие.

– Надеюсь, мистер Бойл, я не испортил вам вечер, – Стоун улыбался, но его глаза горели гневом, он рывком притянул Грега вплотную к себе и прошептал над самым его ухом. – У меня есть убийственный контраргумент для вашего решения. И не сомневайтесь, я им непременно воспользуюсь.

– Хорошего вечера, – ответил побледневший Грегори, одернув руку.

– Не сомневайтесь: мы еще увидимся, – ответил Стоун.

Пара ехала домой в такси. Оливия взяла Грега за руку, но он как будто этого не заметил, напряженно и задумчиво глядя в окно. Девушка не нашла слов – они ехали в тишине.