Трувор кивнул. Это имело смысл. Он хорошо знал старых воинов, многие из них уважали его за прямоту и силу. Если кто и мог убедить их пойти на восток, то именно он.
— А что с жрецом? — вдруг вспомнил Трувор. — С тем новым, из франкских земель? Он ведь пару дней назад приходил к Велемиру, говорил о каком-то там едином боге.
Рюрик и Виктор переглянулись.
— Оставь его в покое, — сказал Рюрик. — У нас нет времени на религиозные споры.
— Он распространяет странные идеи, — нахмурился Трувор. — Говорит, что наши боги — это демоны, а единственный путь к спасению — через его бога. Некоторые женщины уже слушают его.
— Франки давно приняли христианство, — заметил Виктор. — И сейчас активно распространяют его на покорённых землях. Это часть их стратегии завоевания — сначала приходят жрецы с крестами, потом воины с мечами.
— Тем более! — горячо воскликнул Трувор. — Если он разведчик франков, его надо прогнать или убить!
— Не горячись, — Рюрик положил руку на плечо брата. — Жрец безобиден. К тому же, Велемир разрешил ему остаться, а мы должны уважать решения вождя.
Трувор неохотно кивнул, но было видно, что он не согласен. Из троих братьев именно он был самым приверженным старым богам и традициям. В отличие от рассудительного Синеуса и прагматичного Рюрика, Трувор видел мир в более контрастных тонах. Друзья и враги, свои и чужие, верные и предатели — без полутонов и компромиссов.
— Ладно, не буду трогать его, пока он не лезет ко мне со своими проповедями, — наконец проворчал Трувор. — Но если увижу, что он настраивает людей против наших обычаев или богов...
— Тогда придёшь ко мне, и мы решим проблему вместе, — твёрдо закончил Рюрик. — Без самодеятельности. Понятно?
Трувор кивнул, хотя в глазах его всё ещё тлел огонь непокорности.
Виктор внимательно наблюдал за ним. Из троих братьев Трувор всегда был самым сложным случаем — яростным, прямолинейным, готовым к насилию при малейшем поводе. Воин до мозга костей, он с трудом усваивал уроки дипломатии и сдержанности.
— Расскажи лучше, как продвигается твоя работа с молодыми воинами, — предложил Виктор, переводя разговор. — Кто подаёт особые надежды?
Лицо Трувора просветлело. Ничто не радовало его так, как возможность поговорить о воинском искусстве.
— Хальвдан быстро учится, — сказал он. — У него хороший глаз и крепкая рука. Вот только слишком самоуверен. Сегодня я преподал ему урок скромности.
— Это тот, кого ты уложил на колени? — спросил Рюрик, кивнув в сторону удаляющегося хромающего юноши.
— Да. Он думал, что сможет победить меня грубой силой, — усмехнулся Трувор. — Пришлось показать ему, что опыт и техника важнее.
— Не слишком сурово с ним? — спросил Виктор. — Такие уроки могут сломить дух.
— Или закалить его, — возразил Трувор. — Лучше пусть получит синяк здесь, на тренировочной площадке, чем лишится головы в настоящем бою. К тому же, этот парень из тех, кого неудача только подстёгивает.
Виктор кивнул. В словах Трувора был смысл, и способы обучения у каждого свои. Сам Виктор предпочитал более мягкий подход, постепенно усложняя задачи, но признавал эффективность и других методов.
— А что с Сигурдом и его друзьями? — спросил Рюрик. — Они всё ещё дерутся как медведи с пьяными кабанами?
Трувор рассмеялся:
— Не так плохо, но близко к тому. Хотя после того, как я заставил их два дня подряд тренироваться с тяжёлыми брёвнами вместо мечей, что-то начало меняться. По крайней мере, теперь они не размахивают руками во все стороны, а бьют более направленно.
— Нужно решить, кто из них пойдёт с нами, — заметил Рюрик. — Всех мы взять не сможем.
— Я составлю список, — кивнул Трувор. — Лучших из лучших. Тех, кто действительно готов сражаться и умирать за новую родину.
— Не только сражаться, — поправил его Виктор. — Нам понадобятся воины, которые умеют и строить, и охотиться, и договариваться с местными. Не просто мечи на службе конунга, а будущие хозяева новой земли.
Трувор задумался. Он не привык мыслить так масштабно. Для него война была простым делом — есть враг, есть ты, кто-то должен умереть. Всё остальное — лишние сложности.
— Я подумаю об этом, — наконец сказал он. — Отберу не только сильных, но и умных. Хотя умных среди воинов найти сложнее.
Рюрик улыбнулся:
— Поэтому я и доверяю это тебе. Ты лучше всех нас знаешь, что нужно дружине.
Трувор кивнул, принимая комплимент. Из троих братьев он был самым молодым, и похвала от Рюрика многое для него значила.
— Кстати, — вспомнил Рюрик, — где Синеус? Мне нужно с ним поговорить перед отъездом.
— У реки, — ответил Трувор. — Осматривает лес для новых кораблей. Сказал, что хочет начать строительство уже на следующей неделе.
— Он не теряет времени, — одобрительно кивнул Рюрик. — Как и ты.
Он посмотрел на небо, определяя время по солнцу:
— Мне пора собираться. Хочу добраться до поселения Хотена до заката. Виктор, ты со мной?
— Нет, — покачал головой наставник. — У меня есть дела здесь. Поговори с Хотеном сам. Иногда моё присутствие... смущает людей.
