– Спокойного утра, бойцы! – выйдя вперёд и остановившись перед строем, громко произнёс я. Почему-то, с языка сорвалась, вместо обычного приветствия, сказанная недавно Котом фраза. – Я рад приветствовать каждого из вас на родной земле. Ваша бригада прошла через такое, чего не пожелаешь даже врагам. Девяносто процентов всех, кто считает себя профессиональными воинами и волками войны, сдохли бы на Диком Континенте ещё в первый год. Вы выжили. Вы стали сильнее и смогли вернуться. Уже одно это достойно уважения. И я не вправе заставлять вас возвращаться к тому ужасу, который преследовал Витязей на протяжении последних лет. Каждый из вас имеет право отказаться от выхода в аномальную зону и остаться на базе.
Я обвёл взглядом лица дружинников и понял, что практически каждый из них затаил дыхание. Над площадкой стояла такая тишина, что была слышна перекличка птиц в лесу. Рыков тоже молчал и не двигался, но я ощущал на себе его горящий взгляд. Ратай иногда двигал челюстями, будто собирался что-то сказать, но каждый раз останавливался.
– Вы ничего не должны роду Разумовских, – чётко и раздельно произнёс я. Часть бойцов растерянно посмотрела на своего командира. Правда, тот тоже удивился моим словам. Однако, мне на это было плевать и я продолжил говорить то, что нужно было сказать ещё на аэродроме. – Но я обещаю, что сниму психоблокаду с каждого из вас, потому что вы согласились на её установку по воле и решению моего отца. Может не сразу, но я найду способ это сделать. До этого момента вам придётся оставаться в моих владениях. После выполнения мной моего обещания, каждый волен заняться тем, чем считает нужным. И я вовсе не буду против, если вы решите остаться в дружине и скажете, что ваше любимое дело – сражаться. Вы вернулись домой в тёмный час для моего рода. Но, как говорят старики, самоё тёмное время – перед рассветом. Если мы переживём следующий месяц, то остановить возрождение Разумовских не сможет уже никто. Сейчас мне нужно два дня вашей жизни и все навыки, которые помогали вам выжить в Африке столько лет. Те, кто готов идти за мной, могут выдвигаться к Сумани.
– Шаг! – неожиданно рявкнул у меня над ухом Вепрь и все пять сотен Витязей, как одно многоногое чудище, синхронно развернулись к воротам посёлка и двинулись к выходу. Опять же, бросалось в глаза, что тут не было показной муштры «парадных» войск, сплоченное движение бойцов скорее напоминало течение реки. Плавной, дикой и необузданной. – Шаг! Шаг!
Я смотрел, как строй Витязей полным составом вытекает за пределы Горынино и думал о том, что на территории не осталось вообще никого. Последним шагал довольный жизнью Кот. Африканец выглядел так, будто собрался на долгожданную прогулку в зоопарк.
– Цель выхода уже известна, ваша светлость? – спросил шагавший рядом со мной командир Витязей.
– Дальний рейд, Александр Егорович, – ответил я. – Сорок километров, а может и больше.
– А зачем нам в Сумань, Ярослав Константинович? – задал следующий вопрос Вепрь.
– Сестру мою младшую захватим с собой. – невозмутимо ответил я.
– Княжну Анну? – удивлённо переспросил Рыков. – Ей же… Ей же двенадцать всего? Неужели вы хотите взять с собой ребёнка в рейд, Ярослав Константинович?!
– Да, – спокойно кивнул я. – Ей полезно будет прогуляться.
– Полезно… – как-то заторможенно повторил Вепрь. – Полезно прогуляться…
– Кот! – заметив, что Рыков начал поглядывать куда-то вверх, громко позвал я. – Проверь командира.
– Вижу, князь, – отозвался африканец и в два прыжка оказался рядом с нами. – Помоги.
Что делать я примерно представлял. Пока командир Витязей не впал в ярость, справиться с ним было не так сложно. Вернее, он просто не мешал нам удерживать себя на месте и охотнее откликался на голос мага Смерти. Вся процедура заняла меньше минуты и я понял, что разработанная Рыковым система якорей практически идеальна. Особенно если рядом постоянно находится кто-то из своих, кто знает что и как надо делать.
Как-то акцентировать внимание на произошедшем я не стал. В этом просто не было смысла. Всё равно что бесконечно напоминать человеку, что он свалился в обморок посреди официального приёма. Вепрь тоже молчал. Как только мы углубились в лес, колонна Витязей перешла на легкий бег. Дружинники разошлись в стороны и буквально растворились в лесу. По грунтовке вместе с нами бежало всего человек двадцать, включая Змея и Кота. Последний вообще выглядел полностью счастливым и с интересом смотрел по сторонам.
– Это ошибка, князь, – когда впереди показались здания Сумани, произнёс Вепрь. – Ребёнку не место в аномальной зоне.
– Согласен, Александр Егорович, – даже не подумал спорить я. – Обычному ребёнку там точно не место.
– Яр!!! – внезапно раздался оглушительный визг и сверху на меня упал невидимый груз.
Спасло нас только то, что я примерно представлял, чего ждать. Обхватив невидимку, резко вильнул в сторону и перекатился подальше от Рыкова. В руках командира Витязей уже был боевой нож, а стоявший рядом с ним Кот успел создать пару боевых заклинаний.
