— Его защита, Женя… — медленно произнёс Воронцов, подняв взгляд и посмотрев в глаза собеседнику, произнёс Пётр Алексеевич. — Она не выдержала.
— Это неразумно, — сразу возразил Бестужев. — Мы не знаем, что это за барьер и как он поведёт себя, если мы его нарушим.
Я жестом остановил своих магов и внимательно посмотрел на Белого Волка. Командир егерей был решительно настроен и я его понимал. Встреча с неизвестным всегда пугает. А когда неизвестное такого масштаба, то заранее приходится думать о последствиях.
— У нас всего два варианта, — тем не менее, спокойно сказал я. — Мы можем прямо сейчас попробовать что-то сделать или навсегда забыть о том, что видели.
— Кот за первый вариант, — тут же заявил Аларак. — Коту нравится пробовать новое. А маленький братишка может постоять в сторонке, если боится.
— Дело не в том, боюсь я или нет, — резко ответил Бестужев. — Вы не хуже меня видите, что этот барьер построен по неизвестной схеме. Размеры такой защиты требуют чудовищного количества энергии! Это граница внутренних областей аномальной зоны. Получается, этот купол диаметром больше 20 километров. Даже защита Кремля с его накопителями меньше в несколько раз. Разрушение такой структуры может вызвать взрыв, после которого от нас ничего не останется.
В целом барон был прав, за одним исключением — я прекрасно знал, что это за магическая структура. Практически такие же использовали Вершители для охраны своих владений. Отличия были, но принцип тот же. Увидев барьер, я окончательно убедился: кто-то из моих братьев всё ещё жив.
Или в этом мире появилось существо, способное оперировать такими же объёмами энергии. В последнее я верил слабо. Хотя мне и трудно было представить, что кто-то из братьев стал использовать чудовищ вроде эстайра. Даже Гетран, увлекавшийся созданием химер, не заходил так далеко. Но ничего из этого я не мог рассказать барону.
— Эта преграда построена на основе шести разных аспектов, — сказал я вместо этого. — Система сот, из которых состоит барьер, практически неуничтожима полностью. Наша атака затронет лишь пару ближайших фрагментов.
— Откуда ты это знаешь, Сокол? — прямо спросил Бестужев.
— Дар моего рода позволяет оперировать несколькими аспектами. Родовая сеть Разумовских не зря считается одной из лучших. Здесь использован схожий принцип.
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — вздохнул Белый Волк. — Хотя я и не могу понять, откуда у тебя эта информация… Род Разумовских древний, но не настолько всезнающий.
Барон хмуро кивнул и отошёл к своим людям. Видимо, количество вопросов достигло критической отметки. Я понимал: бесконечно пользоваться доверием нельзя. Рано или поздно придётся открыть карты. Бестужев был предан императору, и просто переманить его мне бы не удалось — ни он, ни другие этого не поняли бы.
Кот вопросительно посмотрел на меня, а затем кивнул в сторону Белого Волка.
— Это опасный поход, князь, — нейтрально сказал Аларак. — Могут быть жертвы.
— Нет, — покачал головой я. — Если жертвы и будут, то не по нашей вине.
Я прямо посмотрел африканцу в глаза, и тот медленно поклонился.
— Приказывай, господин. Кот исполнит твою волю в точности.
— Тогда готовьте пробой. — приказал я. — Мне понадобится Огонь и Смерть. Для временного прохода этого хватит.
Мой Источник позволял оперировать большими объёмами энергии, но для текущей задачи этого было мало. К счастью, мне нужно было лишь направлять чужую силу. Хотя пришлось воспользоваться рисунком, чтобы не перегружать собственный Источник.
С помощью воды я создал на земле нужный узор, в основании которого встали архимаги. Бестужев наблюдал за нашими приготовлениями, пытаясь понять мой замысел. Скрывать я ничего не собирался — барон и так знал, что я владею несколькими аспектами. Но раскрывать знания о грязном Эфире было бы опрометчиво.
Я собрал силу Аларака и Антипа, создав из неё мощный таран. Из рисунка поднялась двойная спираль серой и огненно-красной энергии. Она изогнулась и ударила в барьер. В последний момент я добавил почти всю свою ману аспектов Жизни, Воды и Воздуха, чтобы завершить магическую структуру. Внутри созданного заклинания мои манипуляции отследить было невозможно.
За долю секунды до удара самая тяжёлая часть конструкции наполнилась грязным Эфиром. Раздался грохот, будто таран врезался в крепостные ворота. Участок поля перед нами площадью в сотню квадратных метров рассыпался безвредными искрами.
Где-то на грани слуха прозвучал тонкий звон — будто оборвалась струна. Хозяева этого места теперь знали о гостях. И это была ещё одна причина, по которой не было смысла пытаться проникнуть за барьер незамеченными. Сигнальные нити сработали бы в любом случае. Это была одна из главных функций защиты подобного типа.
