Человечество уже давно живет около аномалий, в которых водятся ужасные твари. Люди привыкли и даже научились извлекать выгоду от такого "соседства". Более того, уже невозможно представить, как бы развивалась человеческая магия, если бы у людей не было доступа к магическим аспектам внутри аномалий.Однако, рано или поздно, аномалии показывают, что за такое "соседство" нужно расплачиваться. И расплачиваться жизнями.Слабые падут, сильные возвысятся! Но, это неточно...
Боль…
Человек сталкивается с ней постоянно. Иногда яркая, как пролетающий мимо спортивный автомобиль. Ты не успеваешь заметить, что это было. В сознании остаётся только едва заметный след, по большей части состоящей из страха. А бывает противная тянущая боль. Как здоровенный мокрый канат, который тебе приходится тащить за собой, без возможности избавиться от тяжёлой ноши.
Сейчас у меня был скорее первый вариант, но очень сильно растянувшийся во времени. Настолько, что мне хотелось кричать в голос. Вот только я даже пошевелиться не мог.
Вязкая темнота была вокруг. Иногда сознания касались холодные серые нити, но их тут же прогонял влажный и тёплый ветер. Будто большой верный зверь дышал на ухо. Но нити возвращались снова и снова, проявляя удивительную настойчивость. Если бы не сковавшая всё тело боль, я бы с интересом понаблюдал за этим противостоянием. Серых нитей становилось всё больше и больше с каждым мгновением. Или годом.
Мне было сложно ориентироваться во времени, а разум сковало какое-то неприятное безразличие. Когда я перестал чувствовать ноги, внутри родилось чувство тревоги. Обилие смертельно холодных нитей опутывало тело, поднимаясь всё выше и выше. И я точно знал, что умру когда эта паутина доползёт до сердца.
Следом за тревогой пришёл страх. Действуя на голых инстинктах, я разгонял это чувство, будто только от силы моего ужаса зависела жизнь. Моя жизнь. Сильнее. Ещё сильнее! Так, чтобы дрожали от ужаса кончики невидимых пальцев. Чтобы даже ложку держать было невыносимо сложно.
В груди что-то шевельнулось. Внутренний зверь предпринял последнюю попытку отогнать серый холод и окончательно отступил. Рядом с сердцем, где располагалось ядро силы каждого мага, появилась пустота. Она гостеприимно распахнула двери, приглашая клубок серых нитей внутрь и Смерть коснулась порога. Ещё шаг и прогнать её уже не удастся. Ещё шаг…
Сознание зашлось в диком приступе паники. Перед глазами пронеслись столетия прошлой жизни и все годы в новом мире. Разум хотел жить. Тело хотело жить. Я сам не готов был покинуть этот мир, потому что дел было слишком много. Но, чтобы продолжить свой путь, мне нужна была жизнь. Нет. Мне нужна была… ЖИЗНЬ!!!.
И стихия откликнулась на немой крик. В пустоте Источника родилась изумрудная искра. Я использовал собственный ужас, как топливо, разжигая в себе пламя новой силы. Измученные и деформированные сферы разума, словно очнувшись, потянулись к целительной энергии и та начала менять форму.
Нити аспекта Смерти замерли и всей массой ринулись вперёд, пытаясь уничтожить вечного антагониста. Но моего страха оказалось достаточно, чтобы запустить процесс. И Жизнь пожрала Смерть.
— Он специально это сделал! Я точно вам говорю! — когда ко мне вернулся слух, раздался надо мной гневный голос Нюши. — И теперь уже двадцать минут трупом притворяется!
— Княжна, разве так можно о покойном? — тихим и бесконечно мёртвым голосом ответил Улитке Змей. — Князь всё сделал, чтобы нас спасти. Вон и Аларак говорит, что никто такой поток Смерти не выдержит.
— Коту жаль, маленькая госпожа, — произнёс Аларак. — Кот едва не сгорел, но Кот давно говорит с духами. Они помогли Коту удержаться на грани.
— А если позвать реаниматоров? — неожиданно произнёс ещё один голос. В нескольких метрах от меня стоял граф Новиков, но он явно сейчас чувствовал себя чужим на своей земле. — У меня есть хорошие медики. И с подкреплением из Твери придет два десятка целителей.
— Да жив он! — зло топнула ногой Нюша. — Яр никогда бы в смертельную ловушку не пошёл добровольно! Он умный! Не то, что… вы! — если бы я сейчас мог смеяться, я бы точно рассмеялся от эмоций Нюши, которую, кажется, больше всего бесило именно то, что все вокруг не видят очевидного. — Я чувствую, что он жив. А ну вставай!
— Княжна… — тихо произнёс Змей, но договорить не успел. Аня начал действовать и отдала беззвучный приказ Огоньку. Громадный аномальный зверь тут же сунулся ко мне. Его морда оказалась так близко к моему лицу, что начала тлеть камуфляжная куртка. У меня защекотало в носу и я оглушительно чихнул.
— Да уйди ты, морда! — отпихивая горящую голову чудовища голыми руками, недовольно проворчал я. — Нюша, убери своего зверя, а то я точно умру.
— Князь⁈ — в один голос воскликнули стоявшие рядом дружинники. Я открыл глаза и увидел хмурое личико Нюши. Младшая редко так сердилась, но сейчас у неё был повод.
— Я контролировал ситуацию, — когда огненный волк отошёл на пару шагов, спокойно произнёс я.
— Но рассказать о своём плане не мог! — фыркнула младшая. — Да ещё и закрылся так, что больше на булыжник стал похож. Это нечестно!
