— Русские обставляют всё так, что справились их Егеря, — продолжил Роджерс, — но только это не так. Источники сообщают, что основную роль сыграли именно Разумовский и его родовая дружина, что была накануне гона передислоцирована из Африки. «Витязи», сводка по ней также входит в доклад. Дружина Разумовского выжила практически в самом самом эпицентре аномалии. Да-да! Они пошли внутрь аномалии во время 9-го уровня гона! Более того, они уничтожили значительную часть высокоранговых тварей, после чего гон завершился. За один день. Без помощи извне. Без тяжёлых артефактов. Без поддержки.
— Но… как? — прошептал кто-то из советников.
Президент закрыл глаза.
— Это нам и предстоит узнать, — прошептал он. — Но во время видения… Я почувствовал его. Разумовского. Его мысли. Его страх. Его решимость. И… его видение.
Он резко вдохнул, будто только что вынырнул из ледяной воды.
— Это был не просто флэш информации… Это было отражение. Его сознание… накрыло моё. На миг я увидел его глазами — и всё, что он видел… Это были сны. Его сны. Предупреждения. Как и мои.
Президент поднялся. Медленно, но уверенно. В глазах уже не было мутности — только тревожная ясность.
— В России появился кто-то особенный. Возможно — союзник. Возможно — враг. Но главное — он видит тот же мрак, что и я. Только раньше.
Адамс теперь выглядел спокойнее, но лишь снаружи. Внутри — буря. За круглый стол были приглашены только самые доверенные. Двери комнаты блокированы артефактами, стены — звукоизолированы. Менталисты сидели за пределами зала, следя, чтобы никто не пытался «подглядеть».
— Согласно Своду Международной Безопасности и Противоанормального Сотрудничества, — начал госсекретарь монотонным голосом, скользя пальцами по голографической карте, — страна, столкнувшаяся с наивысшим уровнем гона, обязана собрать симпозиум. Это старая традиция, официально закрепленная сводом законов. Император Алексей Александрович, как нам уже подтвердили из Москвы, собирает его. Через девять дней.
— Возможность, — холодно прокомментировал Роджерс. — Мы должны выяснить как они это сделали. Какие артефакты? Какие одаренные? Какое командование? Какая тактика?
— Или… какая неизвестная сила, — добавил генерал Маршалл. — Слухи идут разные. Кто-то говорит, что в дело вмешался сам императорский слуга с неизвестным отрядом архимагов. Кто-то — что Разумовский владеет Эфиром. Кто-то — что они открыли портал и спустили на тварей нечто из иной реальности.
— Всё это только слухи, — отрезал Адамс. — А нам нужна правда.
Он посмотрел по сторонам.
— Мы не повторим ошибку двухлетней давности. Тогда мы были не готовы и чрезвычайно пострадали, особенно исходя из нынешних фактов. Сейчас мы должны овладеть техникой, ну или тайной русских. Получить технологию. Знания. Установить… или разрушить возможные союзы.
— Господин президент, — подал голос Роджерс, — симпозиум пройдёт в Москве. Это не только дипломатическое мероприятие — это политическое заявление. Российский Император вызывает весь мир на ковёр, чтобы показать, что Россия способна делать то, что другим не под силу.
— А нам не подойдёт роль восхищённых зрителей, — мрачно добавил Адамс. — Нам нужен доступ. К людям, к артефактам, к полю битвы, если оно ещё не изолировано.
— Австрийцы и Поднебесная тоже получили приглашения? — уточнил Маршалл.
— Да, — подтвердил госсекретарь. — Но их отношения с Империей сейчас напряжённые. Особенно после того, как Цинь лишили влияния в Монголии, а Австрийцам отказали в совместном проекте в Чёрном море. Я бы сказал, что симпозиум может стать ареной не только для обмена знаниями, но и для борьбы за лояльность нейтральных государств.
— Тогда… мы должны подготовиться, — сказал Роджерс. — Предлагаю сформировать три делегации. Первая — официальная. Дипломаты, аналитики, президентский представитель. Вторая — скрытая. Наши менталисты, шифровальщики, разведчики. И третья — под прикрытием. Люди, способные найти… нестандартную информацию.
— Вы предлагаете шпионскую операцию, Крис? — спросил главный экономический советник.
— Я предлагаю гарантию, — ответил вице-президент. — Мы не можем позволить себе, чтобы тайна закрытия этого прорыва осталась только в российских руках.
Адамс задумчиво кивнул.
— Согласен. Начинайте формировать делегации. Я лично утвержу состав. Мой сын будет возглавлять официальную делегацию.
Он встал, закончив совещание. Уже на выходе обернулся и добавил:
— Ах да… Отдельно подготовьте анализ князя Разумовского. Полный анализ, а не эту жалкую папочку. Всё, что есть. Его магия. Его связи. Его слабости. Кто он, чёрт побери? Пророк? Оружие? Или мифический Вершитель, принявший человеческую форму?
— Ярослав Константинович… — выждав некоторое время, но так и не дождавшись продолжения моей речи, произнёс Горь. — Мы тоже не в восторге от того, что произошло с ментальным полем на месте вашей дуэли. Однако, если мы хотим разобраться в этой ситуации, то нам стоит работать вместе.
