Очень быстро напарники вышли из Холодного региона.
Открывшаяся перед ними картина впечатляла. Митяю прежде приходилось слышать о подобном явлении, но он никогда бы в жизни не подумал, что самолично станет свидетелем редчайшей и завораживающей аномалии во всей Новосибирской Зоне.
Два огромных, полупрозрачных луча тянулись до самых облаков. Каждый из них был не меньше двух метров в ширину, хотя радиус опасной зоны был куда больше. Сталкеры называли это явление «взгляд Господень». Огромная, впечатляющая своими масштабами пси-аномалия, которая запросто могла выжечь мозги любому, кто окажется достаточно близко к эпицентру. По данным спутникового наблюдения, «взгляд Господень» был не менее километра в высоту – рассмотреть подробности спутник по необъяснимым причинам отказывался. Один раз он уже сломался, когда долго изучал аномалию своими сверхсовременными линзами, та же участь постигала и все остальные научные приборы и исследовательские аппараты, которые приближались к этому явлению. Сама по себе аномалия была крайне редкой и практически не встречалась на просторах Зоны. Причем в отличие от большинства других она появлялась не после Всплеска, а словно сама по себе и в рандомном месте. И находилась там столько, сколько посчитает нужным. Митяй всегда считал истории про научные экспедиции ко «взгляду» обычной легендой, но теперь был готов поверить во все подряд, слишком внушительной и фантастической выглядела аномалия со стороны. Магические лучи являлись убедительным подтверждением тезиса о том, что чудеса в мире есть.
Газон, который раньше ничего о «взгляде» не знал, обалдело разглядывал аномалию с открытым ртом.
– Ты тоже это видишь, или у меня уже в глазах двоится? – ошалело спросил он.
– Если бы. – Митяй уставился на аномалию. – Как думаешь, далеко от нас?
– Метров сто. А что? Хочешь посмотреть?
– Нет. Ну, вернее, хочу, конечно. Но не получится.
– Почему?
– Пси-излучение от этой штуки такое мощное, что на подходах нам мозги расплавит.
– Откуда знаешь?
– Сталкеры в баре рассказывали.
– Никогда о таком не слышал, – признался напарник.
Лучи начинали свой путь за деревьями и уходили далеко в небо.
– Такое ощущение, словно аномалия у самого Периметра, – поделился мнением Митяй.
– Может, все-таки глянем? Ну хоть одним глазком. Да хоть через оптику, а? – с надеждой спросил Газон.
– Не, нам в другую сторону. Да и…
Он посмотрел в другую сторону – туда, где начинался гаражный кооператив. Если верить координатам бандита, схрон находился где-то в том районе.
– Что такое? – уточнил Газон, хватаясь за оружие.
Сразу за редколесьем начинался пустырь, за ним – гаражи и оставленные после Первого Всплеска ржавые машины. Между ними на пустыре в полном одиночестве бродил сталкер. Его походка и повадки привлекли внимание Митяя, и он взялся за оружие. Так же поступил и Газон.
Неизвестный неторопливо гулял. Лицо его было скрыто защитными очками, а на голове красовался темный шлем со встроенной видеокамерой. Ненормальное состояние выдавали специфическая походка вразвалку и бессмысленное кружение на одном месте.
– Стрелять?
– Зачем? – удивился Митяй.
– Зомбированный же, – заверил Газон.
– С чего ты взял?
– Точно тебе говорю, мертвяк это. Смотри, как ходит.
– Может, он просто не в себе или под кайфом. Зачем палить, не разобравшись?
И вдруг неизвестный заметил двух путников и тут же открыл огонь из пистолета. Стрелял он, как и ходил, очень странно – не целясь, словно жал на спуск по привычке. Скрыться от ответного огня он также не пытался и вскоре был наказан за это пулей в голову.
Митяй подошел к лежащему мертвецу и снял с него очки.
– Шилов…
Перед ними лежал бывший начальник охраны исследовательской научной экспедиции. Глаза его были пустыми, серыми, а лицо утратило какое бы то ни было выражение. Облачен он был в темный комбинезон со множеством вшитых внутрь приборов, которые выдавали провода и мигающие лампочки.
– Жаль его, хороший мужик был, – тихо сказал Газон.
– Почему-то у меня осталось ощущение убийства, – признался Митяй.
– Не суетись. Он уже был мертв. Говорю тебе, мертвяк. Зомбированный.
– Что он забыл здесь, вдали от своего лагеря? – как бы ни к кому не обращаясь, спросил следопыт.
– Похоже, ходил исследовать эту самую пси-аномалию. – Газон отступил на шаг назад и махнул рукой в сторону двух лучей. – Знаешь, что-то у меня желание смотреть, что там, встреча с ним отбила наглухо.
– У меня тоже. Пошли отсюда.
Митяй замешкался и как-то неловко взглянул на напарника.
– Может, похороним его по-людски? Неудобно как-то.
– Мертвяков не хоронят.
– Оставим его гнить здесь?
– Митяй, ты вот сам меня торопишь постоянно. – Газону не терпелось побыстрее отсюда уйти. – Нам завтра уже на Полях быть надо. Не забыл?
– Ладно, пошли.
– Далеко еще до твоего схрона?
– Почти пришли. Надеюсь, там еще хоть что-то осталось.
– Меня терзают смутные сомнения, – хмуро произнес напарник.
Митяй последний раз окинул взглядом вздымающуюся ввысь аномалию и побрел в противоположном направлении.
