Я все еще мало что понимала, но вот Боря понял.
— Господи, Костя, — и криминалист отвернул голову, прикладывая пальцы к своему подбородку и нижней губе. Он был поражен.
Из-за реплики Бориса кулаки брюнета сжались, и он замолчал на несколько минут. За эту передышку я полностью обулась и просто стояла спиной к выходу и лицом к нестабильному ангелу. Я и сама была взволнована. Нижняя губа уже начинала слегка подрагивать от напряжения.
— Лев оказался прав, — прошептал Боря, но мы услышали его в стоящей тишине. В этом лофте отличная звукоизоляция, возможно, магическая.
— Лев — высокомерный ублюдок, — рыкнул Костя, — но даже такие иногда бывают правы в своих бредовых предположениях.
— О чем вы, черт возьми? — не выдержала я. Загадок и так было завались, новым уже просто не было места в моей голове.
— О том, что ангелам нельзя быть со смертными, — ответил Боря, — это нерушимый закон. Однако никто не может запретить любить. Даже господь бог.
Я медленно перевела взгляд на все еще напряженного Костю. Мужчина больше не смотрел вниз. Он смотрел на меня. Это был настолько пронзительный взгляд, что я сделала шаг назад, упираясь в дверь.
— Ложь, — дрожащим голосом ответила на молчаливые заверения, — все ложь. Ни слова правды!
У меня начиналась истерика. Я чувствовала ее. Это настолько разозлило меня, что снова наступило то странное состояние собранности и жажды битвы. Мне надоело так часто становиться распускающей нюни девицей.
— Я заметил тебя совершенно случайно, — спокойно заговорил Костя, делая ко мне маленький шаг, — огненное пятнышко в сквере университета. Ты переходила из корпуса в корпус, а я лишь видел рыжие волосы. Гораздо позже я решился посмотреть на тебя вблизи. И стало хуже…
Он снова сделал ко мне шаг. С каждым новым предложением ангел старался как можно осторожнее приблизиться, не напугав меня. Я видела его маневр. Видела и ждала, когда он подойдет. Это было похоже на охоту, где я изображала дичь, чтобы заманить хищника. Вот только сейчас хищником была я. Все виделось четко. Эмоции больше не мешали мне, а кинжал в ладони нагрелся. Тогда я опустила его, заведя руку за спину, чтобы об изменениях во мне ангелы узнали как можно позже.
— Я начал провожать тебя каждое утро на занятия и с них. Это было легко сделать незаметно. Вокруг меня всегда вилось естественное прикрытие. Кто упрекнет в преследовании мужчину, которого окружает толпа красоток? — и ангел усмехнулся своим же рассуждениям.
— Я никогда не собирался знакомиться с тобой. Это произошло случайно, — и он подошел ко мне на расстояние согнутой руки, — ты оказалась просвещенной. Той, с кем я могу иметь отношения, ― на этом его лицо помрачнело, — думал, что могу. Я не врал.
Я широко улыбнулась, и Костя дернулся от неожиданности, но все равно решил коснуться моего лица и поцеловать. Его ладонь неуверенно легла на мою щеку, а взгляд опустился на губы. Нежное поглаживание, что спустилось к шее и притянуло меня ближе к мужчине. Он осторожно склонился ко мне, почти касаясь моих губ своими. Я приоткрыла рот и…
— Врал, — шепот в самые губы, и я отшвырнула мужчину вглубь квартиры.
Кинжал мгновенно отозвался на мое состояние и перерос в широкий меч. Я была готова защищаться. Лезвие горело алой вязью, а рукоять легла в руки как влитая. Ощущалось, будто я была единым целым со своим оружием. А еще я видела в ангелах врагов. Сейчас, в этом состоянии, я чувствовала сильную угрозу, исходящую от обоих.
— Дьявол! — на этот раз выругался Борис, выпуская четыре крыла — она же…
Кто я, ангел не сказал, но выглядел крайне удивленным и готовым атаковать. Меня тоже считали врагом. А вот Костя совершенно не удивился. Он знал. Брюнет единственный из крылатых, кто видел меня с мечом.
— Я же сказала, врал, — усмехнулась в лицо тренера, держа перед собой меч. Было больно.
Ангел давно понял, что со мной происходит, поэтому не трогал кинжал и не заострял на нем внимания. А еще избегал меня, сутки проторчав неизвестно где. Моим доверием только что подтерлись.
— Беги, — нехотя выдавил из себя Константин, а все его тело напряглось. Из-за спины показалась пара бурых крыльев, а глаза засветились бирюзовым светом.
— Что ты творишь? — растеряно произнес Боря, но сделать ничего не смог. Брюнет снес его с ног в ту же секунду, прикладывая головой о пол.
— Я сказал, беги, дура! — взревел ангел, удерживая мощного Борю одной рукой, — успеем еще повоевать.
И на лице ангела проступила так неуместная сейчас грустная улыбка.
Ждать дольше было глупо, и я вылетела из квартиры, сбежала по лестнице и рванула к своему самураю. Отстегнула сетку от сидения и достала шлем. Меч стал кинжалом лишь по желанию и отлично расположился в одной из петель для ремня на моих джинсах. Все это заняло считаные минуты, но когда я с громким ревом мотора выскочила из соседнего двора, через окно Кости, вынося его с куском стены, вылетел крылатый силуэт. Могу поклясться, что у выпавшего была черноволосая голова.
Кажется, Боря разозлился.
