Богиня зимы каждый год причиняет добро смертным, помогая им найти любовь. Но когда к ней присоединяется бог лета, невинная зимняя шалость превращается в глобальную летнюю проделку. Цорг действует с размахом, он не знает полумер, мухлюет, подтасовывает ситуации и жульничает.Созданное им, чтобы пустить пыль в глаза Цасси, яйцо феникса пора бы уже пристроить. И чтобы избавить от него, Цорг подкидывает то смертной женщине. Пусть мужчина и женщина разных рас сами разбираются с божественной проделкой.И вот уже Елена в шоке встречает вылупившегося из огненного яйца полыхающего рыжего красавчика. Шутка ли — это первый встреченный ею феникс. А Филипп в недоумении, ведь он-то знает, что его жизнь была последней, ему неведомы причины воскрешения и дарованной новой жизни.Но шанс дан обоим, надо им пользоваться. Раз уж боги шутят, Лене и Филиппу приходится улыбаться.
Бог лета покосился на яйцо, лежащее в огнеупорной зачарованной стеклянной сфере. Это симпатичное, округлое, довольно большое яйцо в розовую крапинку вызывало у бога короткие, но яркие приступы раздражения.
Он просто не мог придумать, что с ним делать. Да, сглупил, хотя высшие сущности никогда в этом не признаются. Любая сотворенная ими глупость — это божественный промысел. А во что он выльется для миров или смертных, обсуждать не принято.
Вот и смотрел сейчас Цорг на это яйцо и злился на себя. Ну и на богиню зимы немного тоже. Ца́сси могла бы и помочь, а то лишь фыркнула да вихрь снежинок с мантии обронила, взмахнув своими белыми мехами.
А яйцо, между прочим, не абы какое. А феникса. Нельзя его охлаждать. И скоро из него должен кто-то проклюнуться. Вот бы еще угадать, кого он так неосторожно вытащил из небытия. Судя по размерам, это чье-то очередное воплощение, а не новорожденный детеныш.
Вот как без высшего вмешательства и божественной воли угадать, кто восстанет из пепла или яйца? Мужчина? Женщина? С фениксами даже божественное знание не работает. Только если вмешиваться и менять все по своему плану.
Прямо хоть божий глас отправляй по всем мирам: «Отдам феникса в хорошие руки».
Цорг удрученно вздохнул и шагнул в чертоги богини зимы. Очень уж у нее хороший зал с зеркалами, можно наблюдать, что происходит в разных мирах.
Снеговики шарахнулись в стороны, когда бог лета ступил на ледяной гладкий пол. Гость же снисходительно отмахнулся, мол, не до вас мне, круглобокие.
— Цасси! — позвал он.
Но, похоже, хозяйка ледяных чертогов отсутствовала. Ну да ладно, ему только одним глазком взглянуть и избавиться от этого яйца, чтоб его!
— Алло, Антонина Васильевна? Добрый день, это Лена О́гнева. А вы не подскажете, куда Ира пропала? Я ей звоню и пишу третий день, она не отвечает. Они ведь должны были с Полинкой уже вернуться с моря.
— Добрый день, Леночка. Да, Ирина сейчас недоступна. У нее личная жизнь, ну, ты сама понимаешь.
— Чего? — У меня взлетели брови. — У нее кто-то появился? Она же говорила, что рассталась с тем… Кен? Кер…
— Снова сошлись. Увез Кер ее. Любовь и все такое.
В голосе мамы Иры чувствовалось некое сомнение, но в то же время она так спокойно все это сообщала. А вот подробностей никаких не поведала. Мол, все хорошо. С моря Ира с Полей вернулись, но тут же снова уехали, к Керу. И нет с ними связи, там проблемы с сетью. Но как только Ира сможет, обязательно позвонит.
Осадочек от этого разговора остался странный. Подумав, я набрала Наталку, четвертую из нашей старинной компании. Вдвоем мы с ней остались вдруг. То Варя[1] ускакала «в замуж» и пропала с радаров. То Ира[2] зимой закрутила вдруг впервые за много лет бурный роман. По телефону говорила счастливая, шальная, а потом много плакала и ничего не рассказывала. Сказала лишь, что они с Кером больше не вместе. И вот те на, умчалась неведомо куда. Но хоть к этому Керу. По ее словам, мужик он конкретный и четкий. И Поля его одобрила.
Ну, дай-то бог. Если Иришка выйдет замуж, все только рады за нее будут.
— Да! — запыхавшись, рявкнула в трубку Наташа.
— Ты чего орешь? — я аж отодвинула трубку от уха.
— А! Лено́к, сорри. Достали мошенники. Мне сейчас подряд несколько названивало. Все как обычно, данные мои утекли, денег с меня снять хотят, показания мои записывают, а сотрудник органов с ярко-выраженным говором тратит личное время и обзванивает потерпевших. Я думала, это снова какой-то там капитан или целый подполковник из отделения чего-то там и из Центробанка. Пообещала, что наведу на них порчу и прокляну на вечную импотенцию. Почему-то они меня нервно материли и бросали трубку.
Мы прыснули от смеха.
— А ты чего средь бела дня? — спросила подруга. — Новости какие-то?
— Да я звонила маме Иришки, хотела узнать, где девчонки. Не поверишь! Ирка умчала к своему Керу. И Полю забрала.
— Да ла-а-адно-о! — выдохнула она. — И вот ведь паразитка такая! Нас с ним так и не познакомила. А свадьба?
— Слушай, все странно. Походу, мы с тобой снова в пролете, как и у Вари. Эти иностранцы, блин…
— М-да! — вздохнула Наталка. — И чего? Какие планы? Давай встретимся, что ли. Может, в бар?
— Жарко, неохота пить. На дачу ко мне поедешь?
— Ой не, Ленок. На дачу точно нет. Я только красоту навела, процедуры всякие, мне на солнце пока лучше не выходить пару дней. А я ж не усижу, потащусь с тобой к озеру и загорать, ну и все, прощай, работа косметолога. Давай лучше в ночи, как вампиры, напьемся и на такси по домам.
Мы похихикали, договорились сходить в пятницу вечером в бар в центре и посидеть с парой коктейлей. А в субботу рано утром я одна отправлюсь на дачу. Мама просила заехать хоть на денек и предстать пред родительские очи.
