Монца насмешливо фыркнула, хотя сердце у нее заколотилось.
— Желаю удачи им и вам. Пусть рука вашей дружбы принесет им больше счастья, чем принесла Орсо. По-моему, Ишри собралась поискать друзей в Пуранти. Вам, вероятно, следует для начала двинуться в Осприю, или в Сипани, или в Аффойю. Я уверена, в Стирии найдется кто-нибудь, кто возьмет ваши деньги. Мы славимся своими шлюхами.
Улыбка Сульфура сделалась еще шире.
— Талин должен моим работодателям огромные деньги.
— Им должен Орсо. Можете пойти и спросить свои деньги у него. Думаю, его вышвырнули на помойку. Но вы найдете герцога, коль пороетесь внизу, у подножия скалы. С удовольствием одолжу вам для этого лопату.
Он все еще улыбался, но в улыбке уже сквозила угроза.
— Будет досадно, если вы не оставите нам выбора и нам придется уступить гневу королевы Терезы и позволить ей утолить свою жажду мести за смерть отца.
— Ах, мести. — Теперь Монца улыбнулась ему. — Я не боюсь призраков, мастер Сульфур. Уверена, Тереза жаждет большой войны, но у Союза слишком много хлопот. Враги на Севере и на Юге, и внутри самого королевства. Если жене Высокого короля хочется заполучить мой маленький трон, что ж, пусть придет и сразится за него со мной. Но, на мой взгляд, у его августейшего величества есть дела поважнее.
— Не думаю, что вы осознаете, какие опасности кроются в темных уголках этого мира. — В его широкой улыбке больше не было доброго юмора. — Да, даже сейчас, пока мы беседуем, когда вы сидите здесь… одна. — Улыбка превратилась в плотоядную ухмылку, обнажились острые белые зубы. — Такая… хрупкая.
Она захлопала глазами, словно удивившись.
— Одна?
— Ты ошибаешься.
Бесшумно подошедший Шенкт остановился за спиной Сульфура, близко, как тень. Представитель Валинта и Балка развернулся, отступил в потрясении на шаг и замер, будто увидел мертвеца.
— Ты… — сказал он шепотом.
— Да.
— Я думал…
— Нет.
— Значит… это твоих рук дело?
— Да, я приложил руку. — Шенкт пожал плечами. — Но хаос — естественное состояние вещей, ибо люди всегда тянут одеяло на себя. Те люди, которые хотят, чтобы весь мир шагал строем, хоть трава не расти.
Взгляд разноцветных глаз метнулся к Монце и обратно.
— Наш хозяин не…
— Твой хозяин. У меня, если помнишь, хозяина больше нет. Я сказал ему об этом. Я всегда предупреждаю, если есть возможность, и теперь предупреждаю тебя. Убирайся. Если вернешься, второй раз предупреждать не стану. Ступай к нему и скажи, что сделал свое дело. Скажи, что я ему больше не служу. Мы не встанем на колени.
Сульфур медленно кивнул и одарил его той же улыбкой, с которой вошел.
— Что ж, стало быть, умрешь стоя.
Повернулся к Монце, отвесил ей изящный поклон.
— Вы еще услышите о нас. — И спокойно вышел из комнаты.
Шенкт поднял брови.
— Хорошо держится.
Монце, однако, было не до смеха.
— Вы многого мне не рассказали.
— Да.
— Кто вы такой на самом деле?
— Кем я только ни был. Подмастерьем. Послом. Тем, кто решает сложные проблемы, и тем, кто их создает. Сегодня, похоже, я тот, кто сводит чужие счеты.
— Чертовы загадки. Будь мне нужны головоломки, сходила бы к гадалке.
— Вы великая герцогиня. Можете гадалку и к себе вызвать.
Она кивнула в сторону двери.
— Вы с ним знакомы.
— Знаком.
— Служили одному хозяину?
— Служили. Давно.
— Вы работали на банк?
Шенкт тускло улыбнулся.
— В каком-то смысле. Они там не только деньги считают.
— Начинаю понимать. А сейчас?
— Сейчас я не встаю на колени.
— Почему вы мне помогли?
— Потому что они создали Орсо, а я разрушаю все, что они создают.
— Месть, — буркнула она.
— Не лучший из мотивов, однако и дурные мотивы могут иметь хорошие последствия.
— И наоборот.
— Разумеется. Вы побеждали для герцога Талина, поэтому я следил за вами. Собирался убить вас, чтобы ослабить его. Но Орсо попытался сделать это сам. Поэтому я вас заштопал в надежде уговорить убить Орсо и занять его место. Недооценил вас, однако, и вы сбежали. И сами начали готовить убийство Орсо…
Монца, ощутив неловкость, заерзала в кресле своего экс-нанимателя.
— И заняла его место.
— Зачем запруживать реку, которая уже течет, куда тебе нужно? Давайте скажем, мы оба друг другу помогли. — Он улыбнулся мертвенной улыбкой. — У каждого из нас свои счеты.
— Сводя свои, вы, похоже, создали мне довольно могущественных врагов.
— Сводя свои, вы, похоже, ввергли Стирию в хаос.
Что правда, то правда.
— У меня были несколько другие намерения.
— Когда ящик открыт, намерения уже ничего не значат. А сейчас он открыт и зияет, как могила. Хотелось бы знать, что из него посыпется. Явятся ли из хаоса праведные вожди, дабы осветить дорогу к лучшей, справедливой Стирии, которая станет маяком для всего мира? Или же вернутся тени прежних безжалостных тиранов, и мы пойдем теми же кругами по кровавым следам прошлого? — Светлые глаза его неотрывно смотрели ей в лицо. — Кем станете вы?
— Увидим, думаю.
— Думаю, увидим.
Он повернулся, двинулся прочь своим неслышным шагом. Бесшумно закрыл за собой дверь. И она осталась одна.
— Вам, знаете ли, нет нужды это делать.
— Знаю.
Тем не менее Балагур хотел это сделать.
Разочарованный Коска поерзал в седле.
