И хотя она держала гордую осанку, как учили ее мать и септа, внутри нее растекался липкий животный страх, она практически не отдавала себе отчета в том, что происходит. Поэтому даже не заметила, как Пес тихо встал сзади на расстоянии вытянутой руки.
— Велите привести людей ее отца, — медленно вымолвил король, — сейчас я буду судить изменников, оставшихся в живых.
Глаза Сансы широко распахнулись: происходящее явно было сделано с целью причинить ей еще большую боль, хотя, казалось, это уже невозможно. В зал ввели двух грязных оборванных людей в цепях, слепо щурящихся от света. Она узнала в них воинов своего отца, прибывших вместе с ними в Королевскую Гавань, они остались верны Неду Старку даже после его смерти. Их заставили встать на колени с закованными сзади руками. Горло сжалось как будто снова от удушья.
— Моя дорогая невеста, — сказал Джоффри, вставая со своего места и подходя к Сансе. — Я приказал привести сюда этот сброд не просто так. Я желаю, чтобы Вы учились вершить правосудие над людьми, угрожающими короне и мне, вашему возлюбленному. Пока только смотрите. Кнут! — визгливо вскрикнул Джоффри и вытянул руку в ожидании.
Немедленно вынув его из-под трона Джоффри, королевский гвардеец почтительно вложил семиконечный кнут в руку малолетнего садиста.
— Признаете ли вы, что знали о готовящемся против меня заговоре?
Узники молча смотрели только на Сансу, свою госпожу, которая ничем не могла помочь им, как бы ей не хотелось. Кнут взметнулся в воздухе и рассек лицо человека, стоявшего на коленях. Санса дернулась, не в силах вздохнуть и посмотреть в лица все так же молчащих людей, приведенных сюда на казнь, а не на суд.
— Признаете ли вы меня законнорожденным королем и желаете ли служить мне так же, как служили Неду Старку? Если вы признаетесь в своих грехах, я пощажу вас и возьму к себе на службу.
Но ответом ему снова было молчание. Хлыст взметнулся вверх и наградил семью отметинами другое человеческое лицо. Один из стоящих на коленях мужчин вытянул руку, пытаясь взять слово: «Я верно служил моему правителю, исполняя его приказы. Теперь он мертв. Но здесь есть его дочь — она моя единственная госпожа. Люди Старков никогда не примут власти и милости от незаконнорожденного сына Цареубийцы!»
Этими словами он лишь ускорил свою смерть. Джоффри в бешенстве накинул одну из плетей кнута на шею коленопреклоненного мужчины и, наступив на свободный конец, резко потянул. Сила была невелика, и человек задыхался долго и мучительно. Санса, в порыве бросившаяся было к королю, чтобы попытаться остановить его, была крепко схвачена сильными руками Пса, вовремя заметившего ее глупое желание. Джоффри сейчас было не остановить, он бы только запорол глупую пташку этим же кнутом. Пес держал ее за плечи, крепко прижав спину девушки к своей груди, и закрыл ей глаза во время последних хриплых стонов умирающего, понимая, что это все, что он может для нее сделать. Санса сначала извивалась в его руках, но потом обмякла. Пес отнял руку от ее лица, чтобы король не заметил чрезмерной вольности своего охранника. Глаза девушки были широко открыты и устремлены в никуда. Джоффри медленно вынул свой меч, упиваясь снесшим ему голову чувством власти над жизнью, и медленно воткнул клинок в грудь второго человека. Он поставил ногу ему на плечо, перенося свой вес на рукоять оружия, смакуя каждое предсмертное движение мужчины, умершего, захлёбываясь собственной кровью, но так и не сдавшегося. Санса не двигалась и молча смотрела в пол.
— Я устал и хочу побыть один, — объявил король, осматривая то, что сделал, — уведи мою леди, Пёс.
Идти, как оказалось, Санса не смогла, поэтому Клиган перехватил девчонку одной рукой и потащил прочь из зала. Стражники закрыли за ним двери. Мужчина привык к виду смерти и крови, но ему было не по себе от того, что пташка, такая хрупкая и нежная, видит жизнь с изнанки все чаще. Выйдя из зала, он взял Сансу на руки, словно маленького ребёнка, и понес ее в башню, где находились ее покои. Кнут так и остался лежать, накинутый на шею удавленного мужчины.
====== Следующая глава. ======
Во время прощания с уезжающей принцессой Мирцеллой город был подобен растревоженному улью. Когда великолепный корабль с львиными парусами вышел из гавани, королевская семья направилась обратно в замок. Надменно взирающая на горожан Серсея не чувствовала настроения народа, а такое большое скопление людей — это грозная сила. Пес сопровождал Джоффри, ведя его вслед за королевой-матерью, так, чтобы в случае необходимости быстро закрыть от людей, отталкиваемых королевскими гвардейцами.
