— Брось, старина. Все предусмотреть невозможно. А мы просто расслабились, — вздохнул в ответ Араб, хлопнув его по плечу.
— Так ведь за каждым же не уследишь, — виновато вздохнул Джек.
— Придется камеры скрытого наблюдения покупать, — задумчиво отозвался Араб. — Кого из наших можно сюда выдернуть, чтобы с электроникой на короткой ноге был?
— Если только Джесси. В моей команде она всеми этими делами заправляла, — задумчиво отозвался Джек.
— Знаешь, где ее искать? — тут же спросил Араб.
— Догадываюсь, — усмехнулся Джек.
— Что-то не так? — насторожился бывший командир группы.
— Боюсь, у нее серьезные проблемы с законом.
— Почему?
— Она всегда была слишком любопытна и совала свой нос куда не просят. Не удивлюсь, если она окажется под замком.
— В любом случае попробовать стоит. От подобных выходок мы просто обязаны застраховаться. И вот еще что, отправь одного из ребят, пусть отвезет парней на континент, — добавил Араб, кивая на стоящих рядом воинов.
— Мы бы хотели немного задержаться, если ты не против, — быстро ответил Майк. — Есть кое-какие вопросы, которые нам нужно тебе задать.
— Откровенно говоря, парни, мне сейчас не до вас, — усмехнулся Араб. — После всего этого я ни о чем, кроме их безопасности, думать не могу. И если честно, голова здорово болит.
Он говорил правду. Сильное нервное напряжение и долгое поддержание контакта с сыном отняли у него очень много сил, и теперь Араб мечтал только об одном: выпить таблетку аспирина и улечься в постель.
— Надеюсь, через пару дней ты сможешь уделить нам несколько минут для разговора? — продолжал настаивать Майк.
— Да хоть год тут живите, не жалко, — усмехнулся в ответ Араб и медленно пошел к своему бунгало.
Сидевший у него на руках Салех прижался к плечу отца и, тихо вздохнув, прошептал:
— Я совсем не испугался. Правда, папа.
— Я знаю, сынок. Ты у меня не из тех, кто от собственной тени шарахается, — так же тихо ответил Араб, прижимая к себе сына.
Шедшая рядом с ним Салли, услышав ответ мужа, взяла его под руку и, нагнувшись, принялась быстрым шепотом рассказывать, что произошло на корабле. Услышав, что мальчишка сумел пристрелить двух агентов, Араб вздрогнул и внимательно посмотрел на сына. Потом, достав из-за пояса пистолет, который отобрал у него на корабле, еще раз осмотрел его и, протянув мальчику, твердо сказал:
— Теперь это твое личное оружие. Но помни, сын, что стрелять ты можешь только в том случае, если кто-то посмел с оружием напасть на тебя или маму. Во всех остальных случаях учись разбираться только словами и голыми руками.
— Я понял, пап, — очень серьезно кивнул малыш, ловко выщелкивая обойму и проверяя оставшиеся боеприпасы. — Привезешь мне патронов к нему?
— Обязательно, — кивнул Араб, пряча улыбку.
— Нам нужно серьезно поговорить, — не удержалась Салли.
— О чем? — не понял Араб.
— Ты понимаешь, что это ненормально? Ребенок не может и не должен видеть насилие и, уж тем более, убивать людей. Это шок для его психики.
— По-моему, шок у тебя, — пожал плечами Араб. — Не забывай, милая, что это не простой ребенок, и само его появление на свет — маленькое чудо.
— Уж этого я никогда не забываю, поверь, — язвительно отозвалась Салли. — Но он ребенок. Понимаешь?
— Понимаю. Больше того, это мой ребенок, и поэтому я тебе повторяю еще раз: с его психикой все в порядке.
— Почему ты так уверен? Как может быть, чтобы убийство двух человек не стало для него шоком?
— Все просто. Во-первых, он вот уже год учится держать в руках самое разное оружие. Во-вторых, тренируясь вместе со сверстниками, он приучается к мысли, что однажды должен будет побить кого-то, кто попытается напасть на него. А тренировки по рукопашному бою без разбитых носов и рассаженных коленок не обходятся. Значит, к виду крови, и своей, и чужой, он уже привык. И, в-третьих, просто вспомни, что сказал хранитель.
— О чем?
— О том, что круг силы создал себе воина и теперь заботится о нем.
— Я с вами с ума сойду, — вздохнула Салли, прижимаясь к мужу.
Сам сорванец, понимая, что стал причиной спора родителей, еще крепче прижался к плечу отца, поглядывая на мать из-под насупленных бровей. Бросив взгляд на своего отпрыска, Салли неожиданно поняла, что мальчишка дуется, не понимая, что он сделал не так. Ведь все мужчины во время занятий постоянно внушали мальчикам, что они будущие солдаты и должны защищать своих женщин. В том числе, а точнее, прежде всего, матерей. Судорожно всхлипнув, Салли еще теснее прижалась к мужу и, улыбнувшись сыну, неожиданно расплакалась. Понимая, что это естественная реакция женщины на пережитое, Араб опустил сына на песок и, велев ему сбегать домой и набрать воды для кофе, обнял жену. Прижимая ее голову к своему плечу, он принялся тихо, едва слышно что-то шептать ей.
Всхлипывая, шмыгая носом и путаясь в словах, она неожиданно произнесла:
— Я… я так сильно испугалась за него. Ведь он такой маленький.
— Я знаю, милая. Я все знаю. А теперь успокойся и просто сделай глубокий вдох. Нам еще многое нужно обговорить.
— Что именно? — моментально насторожилась Салли.
