— От всего этого будет зависеть жизнь парней. Я не хочу, чтобы они погибли только потому, что скалы не слишком крутые для таргов, а парни засели не так высоко, как это нужно.
— Наверное, это действительно будет опасно, — задумчиво проговорила девушка.
— Будет, — твердо ответил Араб, вздохнув в очередной раз. — Именно поэтому я и хочу, чтобы ты осталась дома. В смысле здесь, в фургоне.
— Нет, Ар. Я пойду с тобой, — твердо ответила она.
— Но зачем? — не понял он.
— Я уже сказала. Я не знаю, как объяснить тебе дорогу к этому месту. А самое главное, я хочу быть рядом с тобой, — тихо ответила она, потупив взгляд.
— Ты и так все время рядом со мной, — пожал он плечами, медленно поднимаясь на ноги. — Пойми, что война — это удел мужчин. Женщины не должны этого видеть. Как и дети.
— Но я и не хочу воевать. Я просто хочу быть рядом с тобой, — резко возразила она, шагнув вперед и упершись грудью ему в подбородок.
Задрав голову, он удивленно посмотрел ей в глаза и тихо спросил:
— Зачем тебе это?
— Что? — не поняла она.
— Ты очень красивая девушка, зачем тебе я? Ведь я почти старик.
— Ты очень сильный. Я поняла это еще в самый первый раз, когда пришла к тебе в шалаш. Я чувствовала, как тебе было больно, но ты терпел и ни одним взглядом, ни одним мускулом не показал своей боли. А когда я коснулась тебя, то поняла, что должна быть рядом с тобой. Я хочу этого, — тихо добавила она.
— Но ведь рано или поздно мне нужно будет уйти. Вернуться в свой мир. Пойми, девочка, я не смогу жить здесь вечно. Это не моя жизнь, — тяжело вздохнул Араб.
— Я знаю. Все равно. Пусть одну луну, пусть несколько дней, но это будут мои дни. Только мои, — решительно ответила Сала.
Запустив пальцы в его буйную седую гриву, она нагнулась и впилась поцелуем в его губы. Отбросив все моральные и этические терзания, он сжал руки на ее талии, и девушка медленно начала оседать. От резко возникшего желания у нее подогнулись колени. Араб успел только задернуть кожаный полог, закрывавший вход в фургон. Дальше все было забыто и отложено до утра. Только подошедший к фургону Люк понимающе хмыкнул и, задумчиво почесав в затылке, отправился ночевать в фургон Чина.
С первыми лучами солнца Сала разбудила его и, деловито подсунув тарелку с холодным мясом и лепешками, принялась быстро собирать все необходимое для долгой дороги. Удивленно покачав головой, Араб быстро уничтожил завтрак и, отдав тарелку девушке, принялся собирать оружие. Проверив тетиву лука, он достал из мешка пару запасных жил и, сунув за пояс топор, достал из шкур меч. Сала уже успела собрать походный мешок, сшитый из тонкой кожи, и отправилась собирать пастухов. Вскоре весь десяток, нещадно зевая и почесываясь, собрался около их фургона. Заставив парней проверить пращи и личные вещи, Араб закинул мешок на плечо и мрачно проворчал только одно слово:
— Пошли, — и решительно двинулся следом за девушкой.
Сала шла по лесным зарослям так, словно всю жизнь только этим и занималась. Внимательно наблюдая за ней, Араб то и дело оставлял на деревьях зарубки, чтобы потерявшиеся могли найти дорогу обратно, к последней стоянке. Наконец, не удержавшись, один из пастухов пристал к девушке с вопросами:
— Откуда ты знаешь, что идешь правильно?
— Когда-то я была в этих местах, — спокойно пояснила Сала.
— Именно в этих? А с чего ты взяла, что это именно то место, где ты была? Лес везде одинаков, — не унимался парень.
— Это только кажется так. Но он разный. Особенно если знаешь, куда смотреть.
— А ты знаешь?
— Знаю. И моя мать знала. Именно так она смогла вывести нас из леса.
— А каких зверей ловил твой отец?
— Разных, — нехотя ответила девушка.
— Откуда ты знаешь, в какой стороне находится ущелье? — продолжал допытываться пастух.
Не выдержав, девушка резко остановилась и, круто развернувшись, ткнула пальцем куда-то в глубину леса.
— Вон там, в двух переходах отсюда, проходит тракт великого Арстана. Именно по нему звероловы всегда везут в столицу пойманных животных. Я сама бы пошла к старейшим, чтобы предупредить их, но Ар опередил меня. Старейшие поведут племя вдоль тракта. В глубь страны. Я знаю, где тракт, и знаю, куда нужно идти. Что тебе еще нужно?
— Ничего, — ответил пастух. — Я просто хочу быть уверен, что ты ведешь нас туда, куда нужно.
— Успокойся, парень, и делай свое дело. Все остальное — мои заботы, — оборвал пастуха Араб. — Если тебя что-то не устраивает, отправляйся обратно. Споров и непослушания я не потерплю.
— Ты чего, Ар? — удивился пастух. — Я же только спрашивал.
— Спросил?
— Спросил.
— А теперь, закрой рот и иди молча. Твои вопросы отвлекают проводника. Не мешай ей делать свое дело, — жестко сказал Араб.
— Знаешь, Ар. Ты хоть и воин, но ты не должен так с нами разговаривать. Ты не старейший племени, — мрачно ответил пастух.
— Стой! — резко приказал Араб, и вся группа остановилась. — Кто еще так думает? — резко спросил он.
— Все, — дерзко отозвался говорливый пастух.
— Хорошо, — жестко усмехнулся Араб. — Раз вы считаете, что равны мне, то докажите это делом. Снимайте мешки!
