Судя по выражению лица, это дело начинало ему надоедать.
– Как представлю, что совсем скоро вновь придется скрываться среди травы и кустов, так дрожь пробирает. В прошлый раз, помню, вдоволь попрятаться пришлось. На пятый день у меня уже возникло такое ощущение, что белый человек предназначен не для прямой ходьбы по пространствам планеты, а для ползания, перебежек, соблюдения тишины и вечных пряток от… от тех чернокожих обитателей солидного материка, которые не отличаются особой добротой.
– Нет, жизнь предназначена для всех людей. Как и вся планета. – Никифоров оторвался от приборов. Скорее всего, он толком не слышал, о чем только что шла речь, и ухватил лишь самый конец. – Вспомни историю.
– Ты бы не спешил, студент!.. – Капитан нахмурился. – Вот поползаешь всю неделю среди сухой и пыльной травы, вдоволь начихаешься, натрясешься, тогда и будешь говорить об истории. А змеюки всякие станут тебя внимательно слушать. Как и прочие вредные гады.
Кузнецов отложил в сторону внушительное взрывное устройство, припомнил разговоры в кабинете главкома ВДВ и попросил:
– Ты расскажи подробнее, Антон, об этих краях. А то я там еще не бывал, вообще мало что о них знаю.
Свешников покрутил ус, закатил глаза к потолку, опустил их, собрался было уже открыть рот, но в этот момент Андронова нарушила молчание:
– Ты его не слушай, Владимир. Он тебе такого наговорит!.. В основном не про природу, а о местных девках, пивнушках и о том, как наш герой всем недовольным рожи бил.
– А что, тоже информация хорошая. – Кузнецов пожал плечами, сделав вид, что вполне понимает усатого капитана. – Без этого никуда, ни в один круиз по дальним странам. Помню, в Полинезии бродил я в поисках борделя… Ладно, об этом не стоит. Лучше в другой раз.
Свешников наигранно возмутился:
– Как это не стоит? Я вот тоже хочу про Полинезию малость разузнать. Вдруг судьба или приказ командования прямо в те края занесет? Конечно, на ошибках хорошо учиться, но только вот желательно не на собственных. Всегда полезно перенимать чей-то опыт.
Кузнецов нашел выход из положения, решил сделать вид, что женщины в каюте нет, и заявил:
– Лады. Давай оба про свои приключения расскажем, Антон. Кто первый?
– Давай ты.
– Хорошо. В общем, родина меня послала в те края для отлова какого-то зловредного типа. Ну, прилетели мы группой из десяти человек на острова Тубуаи, устроились, стали ждать. Но просто так же сидеть на одном месте неохота, требуются развлечения. К тому же местные дамы так и манили на грех. Загорелые такие, раскованные, большеглазые. Вот я и отправился побродить, поискать…
Договорить Кузнецов не успел. В каюту вежливо постучался помощник капитана судна. Войдя, он сообщил:
– Через пять минут будем на месте. Готовьтесь. Ночка сегодня отличная, качки совсем нет.
Батяня, до этого сосредоточенно изучавший схему лаборатории и не участвующий в ленивой беседе, свернул бумаги, встал и проговорил:
– Вот и прибыли. Собираемся, товарищи офицеры.
Зашуршали сумки, рюкзаки, залязгало оружие, группа сноровисто начала собираться. Все снаряжение уже было проверено не по одному разу, теперь наступало время действовать. Совсем скоро не до болтовни будет. Как минимум на неделю.
Через несколько минут Кузнецов покосился на Наталью, укладывавшую свою винтовку в лодку, и вернулся к прежней теме:
– Итак, про полинезийских красавиц. Захожу я, значит, в такие-то трущобы на окраине города, отлавливаю аборигена и спрашиваю у него, где, мол, у вас тут проститутки есть? А тот на меня смотрит как на дикаря из каменного века и отвечает…
Свешников указал ему на нахмурившуюся Андронову и предложил:
– Потом расскажешь, Вован. Не то нас обоих утопят в водах Индийского океана. Не доплывем однозначно. Давай я тебе лучше про Сомали расскажу, а то Наталья Максимовна может в гнев прийти.
Кузнецов понятливо кивнул, зная, что дело может и до драки дойти. Он подхватил с палубы сумку со взрывчаткой, аккуратно опустил ее в лодку и заявил:
– Давай.
Никифоров, в этот момент находящийся рядом, заметил:
– А эффект не тот же будет?
– Да я культурно, без этих… как их там? – Свешников сделал неопределенный жест свободной рукой. – Ну, без упоминаний о местных злачных местах и темпераментных красавицах. Хотя, если логически посудить, откуда они там возьмутся? Так, под пиво только…
Все трое одновременно глянули на единственную женщину в группе. Мужчины ожидали ее реакции на такие слова. Но она ничего не стала высказывать, лишь хитро усмехнулась, наверняка замыслив как-то отомстить в ближайшее время.
Свешников сокрушенно вздохнул и констатировал:
– Доигрались, мужики. Кто-то из нас не доплывет до берега. Наверное, самый молодой.
– С чего это? – Никифоров искренне удивился, приняв все за чистую монету. – Я же не рассказывал ничего. За что меня топить или за борт сбрасывать?
– А за то, что в подобных беседах участвуешь. Мы-то старые уже, нас не исправишь, да и незачем это делать, а вот у тебя еще вся жизнь впереди, студент. Мало того, что в беседах участие принимаешь, так еще и Наталью Максимовну барракудой обозвал.
Младший лейтенант выпучил глаза.
