Я призналась, что мне нужен интернет. Вера Ивановна развела руками.
— Только послезавтра пройдёт оплата, и тогда подключат…
Я чуть не хлопнула себя по лбу. Ну, конечно! Как же я забыла? Я поздравила библиотекаршу с новым годом и вернулась на наш этаж. Там уже наблюдалась вся общежитская диаспора. И с ними Юрка. Он поздоровался, но как-то странно. Всё время прятал глаза. Я приписала это неловкости за вчерашнюю алкогольную невоздержанность. Снежана раздавала всем фотки со вчерашнего вечера, которые распечатала по дороге в университет. Мне досталась общая, где среди кучи девиц восседал развесёлый Артём. Я получилась немного в сторонке от этого счастливого клубка. Вид у меня был надутый и какой-то глупый при этом.
Я поблагодарила Снежку и обратила внимание, что она ссорится с Вовкой.
— Что случилось? — спросила я.
— Вот! — Вовка сунул мне под нос фотку.
Понятно, там была Снежана, и её обнимал Артём. Как-то очень интимно.
— Ну и что! — сказала я.
Вовка сердито фыркнул и снова кинул на Снежку свирепый взгляд.
— Стоит только отвернуться, и ты уже лижешься с кем попало!
Снежка вылупила на него удивлённые глаза.
— Где я был в этот момент? — грозно сказал Вовка.
— Вообще-то это ты фотографировал, — сообщила Снежка.
Вовка онемел, а я не выдержала и захохотала. Народ сразу кинулся узнавать, в чём дело. Я несколько раз начинала рассказывать, но мне это так и не удалось. Снежка похлопала меня по плечу и рассказала сама. Заржали хором.
Дверь в аудиторию открылась, и вышел мрачный Марков с опущенной головой. Повисла мгновенная тишина.
— Юр, — осторожно окликнула его Лариса. — Ты завалил зачёт?
Юрик вскинул голову.
— Что? — переспросил он. — Да нет, что ты… Пойду я. Удачи всем…
Некоторое время мы с Ларисой смотрели ему вслед, а потом Лариска безошибочным броском выудила из толпы Степашку.
— Что случилось? — строго спросила она.
— А, — сказала наивная Степашка. — Он переспал с Манерой.
Лариска наступила ей на ногу, сделав страшные глаза, и потерянно взглянула на меня. Не скажу, что новость мне понравилась. По правде говоря, я почувствовала себя ограбленной. Хорошее настроение моментально испарилось.
— Я тоже пойду, — вздохнула я.
— Я с тобой, — сразу сказала Лариса.
— Тебе надо ведомость забрать, — напомнила я.
— Попозже вернусь, — решила Лариска.
Я взяла себя в руки.
— Не суетись, — сказала ей. — Всё в порядке.
Я заткнула уши наушниками плейера и врубила «Странника», махнула всем на прощание и отправилась в сторону главной лестницы. Уже сворачивая на неё из коридора, поймала себя на том, что шагаю с секундной задержкой, в такт гитарным переборам. Представила, как идиотски это выглядит со стороны, и помчалась вниз большими скачками. Вообще-то я надеялась перехватить Юрку. Но он успел смыться. Зараза неблагодарная!
Я отправилась пешком до ближайшего супермаркета, купила коробку сока и поехала к Игорю. К нему меня не пустили. Баба Юля с загадочным видом не разрешила даже пройти к папе.
— Что? — испуганно спросила я. — Уже? Они на операции, да? Давно?
Мерзостная баба Юля пожала плечами. Тогда я демонстративно взялась за телефон. Сообразив, что сейчас будет лишена привилегий первоисточника, бабка нехотя сообщила мне, что всё началось в одиннадцать. Я глянула на часы. Ого! Было уже два пополудни!
— И всё ещё не закончили? — почему-то шёпотом спросила я.
Бабка важно кивнула. Тогда я села на диванчик в приёмной. Меня затрясло.
— Полечка, чайку? — снизошла бабка.
Я покачала головой. У меня в ушах так и крутился «Странник». Я зажалась и стала тупо ждать. Папа, вызванный бабкой, спустился ко мне, когда за окнами снова стало синеть. Я поднялась навстречу. Папа притянул меня к себе и неожиданно погладил по голове. Так он не делал уже очень давно.
— Не получилось? — выдохнула я.
— Посмотрим, — сказал папа. — Сейчас рано говорить. Ты не больна, Принцесса? Выглядишь неважно.
— Спасибо, — машинально пробормотала я.
Папа засмеялся.
— Не бойся. Хуже не будет. У тебя ничего не случилось?
— Нет, — соврала я. — Переволновалась.
— Если подождёшь, вместе пойдём домой.
Я поняла, что папа работал в свой выходной. Я снова уткнулась ему в грудь и заревела.
— Чего ты? — спросил папа.
У меня душу сводило от невозможной жалости.
— Ладно, — сказала я. — Только я к себе, — и добавила. — Гостей жду.
Соврала, между прочим. Но подходя к дому, увидела, что окна квартиры освещены, а перед подъездом стоит незнакомая машина. Я заторопилась к себе, лишь мельком отметив, что у машины не российские номера, и не придав этому никакого значения.
Когда я открыла дверь, мне навстречу выкатились два абсолютно одинаковых пацана чуть постарше Егора, перемазанные шоколадом.
— Ты тётя Полина? — спросил один.
— Ага, — обалдело сказала я. — А вы кто?
— Я Слава, — сказал один.
— А я Янка, — добавил другой.
Я села на обувную полку и стала разуваться.
— Так, понятно, — сказала я. — А с кем вы?
— Мы одни, — объявил Слава-Янка. — Вот. Это тебе.
Они без конца перемещались, и я тут же запуталась, кто из них кто. Развернув переданную мне записку, я спросила:
— Кто вас впустил?
— Дядя Гай, — сообщили мне. — Он за папой пошёл!
