Песенки о Родине полностью

и даже видел Лёха когда упал Тальков

Киркоров сдал нас крыса и вырубили ток

сказали что закрылся подпольный наш каток

а песня не простая — кто не гони волну? –

про то как микрофоны воют ночью на луну

ну вот опять — да кто там дал право это вам

тоски по чистым нотам по искренним словам

давайте микрофоны отменим господа –

они для микрофлоры рассадник хоть куда

на них — корона тубик сифак и оливье –

они певца погубят сквозь дырку в голове

декабрь

надо бы будет после получки кстати бинокль купить бы получше

чтобы разглядывать окна напротив грязные домыслы сразу отбросив

как ты живёшь рядовой россиянин — тоже за долг ЖКХ выселяем –

как бы бинокль бы сделать порезче чтобы увидеть судьбы — не вещи

чём промышляешь двойник-современник — тоже без цели дела

и денег тоже достали мозгов засералы или — жируем под сериалы

в окнах напротив видишь уже ты в прошлом возможных жизней сюжеты

жизней непрожитых в окнах которых мог бы сейчас ты путаться в шторах

в окнах — решаются судьбы эпохи и на столах не кончаются крохи

окна завешены бархатом тюлем окна дворцов богаделен и тюрем

только насмотришься в частном да в целом после бинокля пойдёшь

за прицелом

сразу другие начнутся заботы — всем повезло что сижу без работы

как тут нашаришь деньгу на бинокль если ты жаришь последнюю брокколь

если пособие гады не дали хоть заложи боевые медали

снайпер я кстати спецназа в Афгане щас вот лежу на убитом диване –

искра одна — и сорвался с катушек — дважды отважен трижды контужен

вдруг — по Вотсапу — так-то и так-то — тема — пароли — сумма контракта –

стало мне ясно нулей по излишку — должен я грохнуть крупную шишку

ладно — открою страшную тайну — просто ИП я — снайпер по найму –

палец привычно скользнёт по железу — я же к вам в душу с биноклем

не лезу

декабрь

на краю Москвы тополя о своём о чём-то ля-ля –

прямо у меня во дворе первые где брал я баре

где страну свою — от и до — мы пробрякали в домино

как в миноре крайняя ля — на краю Москвы тополя

вот спасибо немцам пленным — будет пухом им земля –

во дворе послевоенном посадили тополя

голубятня тут стояла тут — беседка и сирень

и с Онегиным Татьяна — было как-то веселей

на краю Москвы на краю схоронил я маму мою

а меня не станет — налей за здоровье тех тополей

в двадцати верстах от Кремля на краю Москвы — тополя

на краю Москвы тополя о своём о чём-то ля-ля

про дворы пятидесятых тут кино снимал Мосфильм

и массовка шла в присядку — вся из местных простофиль –

на баяне кто-то где-то кинул пальцы сверху вниз –

Кончаловскому за это присудили Первый приз

пионэры лазают тут — тополиный пух подожгут

побежит огонь голубой где стоим на фото с тобой –

и растает в памяти след — тополей давно уже нет

на краю Москвы на краю я про тополя напою

декабрь

вчера на совещании у губера мне губер лично грубо угрожал –

кричал что жизнь моя пиздец загублена что я ряды пополню каторжан

а вот я здесь а губерок в Лефортово и будут девки танцевать канкан

а на меня казна его оформлена поскольку я — из ФСБ полкан

я — полковник ФСБ — не в натуре — ни фига себе

мотаюсь я между Москвой и Питером — и как агенту конкурентов нет –

в любую тему влезу под прикрытием — то я — блатной то — коммерс то — поэт

то — в РАН дружу с учёными секретными то — в сауне со звездами кино

то я курю плутоний сигаретами то разбавляю Новичком вино

в Швейцарии один хотел заштыриться нахапавший народное добро –

пришлось мне передать привет от Штирлица и кидануть его через бедро

работаю ребята я по-крупному — легко с латыни перейду на мат –

да я в раю надыбаю коррупцию на Господа нарою компромат

что прессы вашей подлые укусы мне что санкции и списки господа –

учую я измену и от курса не позволю отклоняться не туда

да — часть пути была во мраке пройдена но ярко светят звёздочки Кремля

и крепко засыпает наша Родина покуда офицеры у руля

декабрь

(предновогодний ноктюрн)

…последний троллейбус идёт по Москве… Окуджава

какие люди без охраны — проезд бы не подорожал –

уткнувшихся в свои экраны развозит транспорт горожан

в объятья спального района сквозь третий Рим — домой домой –

плывёшь по рекам Вавилона счастливый современник мой

есть позаманчивее дали поименитей города

но надо чтобы где-то ждали и дожидались иногда

любви тебе детей и денег и — чуда — хоть разок в году –

да ты выходишь современник — и я через одну сойду

в предновогодней карусели идём на следующий виток –

вчера казалось только сели а скоро подводить итог

какая всё-таки нелепость — так быстро пролетают дни –

и юности ушёл троллейбус роняя синие огни

декабрь

Моим дорогим Льву Шиленскому (1898–1980) — брату деда —

и Александре Водапьян — его жене и некогда солистке Большого

театра — чистым людям — о жизни которых свидетелей — кроме меня —

не осталось