Песенки о Родине полностью

рыжий Лёва сын портного пригодился в жизни новой –

стал чекист он знаете какой –

руку жал Железный Феликс в контру попадал не целясь –

в годы НЭПа вышел на покой

Лёва дружен был с Наркомом — старым боевым знакомым –

на приём пробился — так и так –

безо всяких ебаторий был назначен в санаторий

разгребать вредительский бардак

на курорт приехал Лёва — трупа театра там Большого –

бенефис у Саши Водапьян –

голос — личико — фигура — приглянулась Лёве Шура –

и к тому же явно из дворян

рыжий Лёва — жид из Риги — что ему шопены григи

но была в нём лёгкость даже шарм

плюс — герой — не цацки-пецки — бегло шпрехал по-немецки

и дало шампанским по шарам

раньше — не могло быть речи — ей Шаляпин — шаль на плечи

и Вертинский часто зависал

а теперь — концерт в Тагиле — дирижёрят щас такие

как вот этот рыжий комиссар

Александра Александра согласитесь это странно –

только всем резонам вопреки –

той же ночью в царском люксе при едва включенной люстре

Лев лишён был сердца и руки

ночь одна одна минута — и пришли за ним под утро

и — на двадцать пять — на Колыму

а на фронте сильно дуло — потеряла голос Шура

но — нет-нет — посылочку — ему

вот разбили мы фашиста — пролетели годы быстро –

и прилёг Усатый в мавзолей

и с фанерным чемоданом Колымой да Магаданом

появился Лёва у дверей

встретиться на Чёрном море уцелеть в Большом терроре

и дожить до старости вдвоём

на любви воде и хлебе — вот такой им выпал жребий

так долги чужие отдаём

в комнатушке — пианино — тётя Шура пела мимо –

дядя Лёва пел закрытым ртом

до последнего отсчёта объяснить хотели что-то –

только я приехал к ним потом

и остались те вопросы ваткой в гильзе папиросы –

лёгкие берёг Шиленский Лев –

и Большого театра прима лук не жарила без грима

примеряя роли королев

декабрь

… когда был Ленин маленький с кудрявой головой… Совпесенка

пока мы тут танцуем танцы пока бухаем что позлей

зачем-то к Ленину китайцы ночами ходят в Мавзолей

давно забыт своим потомком он для чужого — вождь — и вот –

и — нескончаемым потоком и — дело Ленина живёт

эй молодое поколение заходим на Тик-Ток —

про дедушку про Ленина качаем там чуток

мир — без аннексий-контрибуций — а тем кто против дать узды –

любили Ленина Конфуций и даже лично Лао-Дзы

а тут — топтали либералы его истерзанную грудь

и из Госдепа напирали в могилу общую столкнуть

и Мао — их великий кормчий и путинский товарищ Си

приходят к Мавзолею молча когда бывают на Руси

зато крестьянин Поднебесной легко расскажет вам потом

как в коммунизм с весёлой песней идёт он ленинским путём

… а в музее Ленина — два пальто простреленных

два костюма стареньких да пара башмаков

да кепка да книги да больше ничего … Совпесенка

декабрь

Льву Шиленскому

стоял старик за чешским гарнитуром –

ещё в советских добрых временах –

немало повидал и передумал

седьмой десяток с гаком разменяв

не для себя за Стенкой встал — для дочи –

для дочки брата — ей без Стенки швах

ему же всё равно не спится ночью

а Мебельный — от дома в двух шагах

но мысль одна в висок ему залезла –

она и нам приходит на умы –

на сколько Стенок навалил он леса

за двадцать лет курорта Колымы

была зима — три дня на перекличку

топтал старик тропинку через двор

и в очереди вёл себя прилично

в сторонке обминая Беломор

он счастлив был что — нужен что — на воле

и что до светлой жизни он дошёл

что номерок заветный на ладони

химическим стоит карандашом

так было всё давно ему знакомо –

и даже номер выпал — как тогда

да только — вот — слезилась глаукома

за стёклышком зелёным как тайга

…и вот — из братской соцстраны приехав –

досталось дочке чудо под орех –

а он подумал «зря мы бело-чехов

тогда в Гражданку грохнули не всех»

декабрь

Жене Гвоздёву

в сарае где ржавел велосипед

и зимовали старые корыта

повесился внезапно мой сосед

и навсегда в сарае дверь закрыта

в сарае жизни — не прибрался ты –

а собирался помнится при мне ты –

повсюду — хлам — разбитые мечты

унылой прозы утлые приметы

ты в грубом мире был случайный гость

рождённый для возвышенных мгновений –

тому свидетель — этот ржавый гвоздь –

прости нас всех мой друг Гвоздёв Евгений

нет не скажу что был ты херувим –

отбился ты отвёрткой от прорабов –

но слишком благороден и раним –

пал жертвою провинциальных нравов

особенно когда в душе поэт

нельзя мешать с водярою пиваса

и — дал гвоздя — не понят не отпет –

так тошно стало гнать-дышать-спиваться

… дождливым полнолуньем октября

как знать что перещёлкнет в голове там –

возможно гвоздь дождётся и тебя

в сарае за сто первым километром

декабрь

2021

через наш городок протекала река

а какая браток не скажу я пока

городок был рекой разделён пополам

городок а какой не скажу пока вам

отчего-почему — да видать не спроста

нет на сторону ту с этой с нашей моста

мы в отрыве от благ коротаем деньки –