– У меня нежная кожа. Ненавижу песок, а на берегу его достаточно, – еще одно щупальце изобразило вешалку, на которую отправился плащ. – Как тебя зовут, мой вежливый?
– Базиль, – он наконец-то сумел присесть. По всему телу мерно скользили эти безглазые змеи, покрывая слизью, но мальчик почти привык. Нетрудно привыкнуть, когда выбора нет. – Ну… Меня принесли тебе в жертву. Если ты выполняешь последние желания или вроде того, то съешь безболезненно, хорошо? – пытаясь выглядеть беспечно, он даже улыбнулся, встретив недоуменную улыбку в ответ:
– Ты вообще о чем?
– Но ты…
– Зачем мне есть девственников? Здесь плавает куча рыбы, – с непробиваемой логичностью ответил тот, хмурясь.
– А, ну да. Среди рыб девственников нет.
– Ты что-то пробормотал?
– Тебе послышалось. Как тебя зовут?
Хмыкнув, дух уселся на мгновенно сплетшиеся в подобие стула щупы, закинул ногу на ногу и с любопытством уставился на гостя.
– Поболтать… Давно не болтал. Дети больше играть любят, а люди… Недавно был здесь один герой, – пробурчал он куда-то в пространство.
– И что с ним стало?
Шорох – из груды черных телес на секунду показался полуобглоданный череп, тут же затянутый за волосы обратно.
– Я и с ним пытался поболтать. Почему люди не любят меня? Я же тоже почти человек, – горестно вздохнул он. – Зовут меня Аморе. Надо же, последний раз свое имя я говорил тому милому пареньку лет тридцать назад. Как же его… Руфус. Он был просто прелесть.
– Кхм…
– Что смешного?
– Ничего. Просто расскажи еще что-нибудь. Почему ты почти человек? – если чудовище любит поболтать, то почему бы не воспользоваться этим. На мгновение Базилю показалось, что смерть вовсе не обязательна, но куда в таком случае исчезают жертвы? Взглянув на извивающийся пол, под которым все еще где-то плавает та голова, он почувствовал мурашки по коже.
– Потому что моему папочке вздумалось оплодотворить какую-то мечтательную человеческую девку, – с легкой неприязнью протянул Аморе и вытянул вперед ногу. – Мерзость, да? У моих братьев прекрасные хвосты и полосатые уши. А я урод. У меня есть ваши ноги и хоть какое-то утешение в виде этого, – он кивнул на щупальца.
– Это часть тебя?
– Думаю, да. Я чувствую все, чего они касаются, я могу двигать ими, как захочу. Я видел муравьев у вас. Они действуют раздельно, но все вместе. Наверное, щупы муравьи, а я их голова. Еще вопросы?
Кивнув, Базиль замер в новых подозрениях. Значит ли это, что случайные потирания щупалец о его тело не так уж и случайны? Не осталось, наверное, и сантиметра тела, куда бы не проникли их склизкие бока, даже ноги ненавязчиво раздвинуты, и эти плотные движения теперь приобрели совсем другой смысл, не позволяющий их игнорировать.
– Что такое? Ты покраснел.
– Я, кхм… Я голоден, – мальчик отвел взгляд, гневно вздрогнув, когда щуп надавливающе проскользнул по промежности. – Кормить гостей у тебя случайно не положено? – понимая, что несет чушь, он не мог прекратить говорить, лишь бы отвлечься. Кто знает, может, для этого типа естественно приветствовать гостя исследованием тушки.
– Обычно они этого не успевают, – серьезно ответил Аморе и пожал плечами. – Я трахаю их иногда даже до того, как они очнутся.
– Именно девственников? Почему тогда не девочек?
Хозяин пещеры удивленно распахнул желтые глаза.
– Ты не мелковат ли для таких знаний, Базиль?
– В самый раз, мне кажется.
– Из-за вашего «в самый раз» среди девочек твоего возраста девственниц мало. А вот мальчики… – он мечтательно вздохнул, зажмурившись. – Самый нежный возраст, самый чувствительный и вкусный. Вкусный… хм, ты есть хотел?
– Да, – мальчик умолк, когда щупалец замаячил в опасной близости от губ.
– Открой рот. Белковая пища полезна. От них даже особо питательна, – деловито объяснил Аморе.
– Нет, – возмущенно процедив сквозь зубы, Базиль попытался отстраниться, но что-то предупреждающе кольнуло спину, заставив прогнуться. – Это странно!
– Ничего странного, – парень поднялся и неторопливо подошел, разводя руками. – Просто берешь и отсасываешь, – доброжелательности у него было не занимать.
Наверное, лучше его послушаться. После еще одного неприятного укола в спину Базиль все же открыл рот и коснулся щупальца языком, слегка поморщившись от склизкости. Тот тут же скользнул между губ, плотно занимая пространство рта. Это было как… как проглотить огромного, все еще живого слизняка.
– Ну как тебе? – Аморе с интересом склонился.
Омерзительно. Не в силах ответить, Базиль попытался просигналить это взглядом, но парень лишь умиленно вздохнул. Ну а щупалец внезапно извился и скользнул в самое горло, едва не вызвав рвотный рефлекс.
– Вот так будет, если ты не сделаешь все сам.
Кивок. Щупалец медленно выскользнул и замер у самых губ.
– Лижи. Я прекрасно почувствую, насколько старательно ты это делаешь.
И куда подевалась его болтливая легкость? И обвивавшие тело щупы тоже куда-то делись, расползлись, открывая кожу, покрытую сероватой густой слизью. Стошнило бы, если б не такое ее количество, что становится уже все равно. Только за руки и ноги щупы все еще удерживают мальчика в неприятно открытом и пошлом положении.
