Я закинула сумку на плечо и подобрала конец веревки, которую выпустил Трей. Лифт остановился на первом этаже и открыл двери. Снаружи стояли полудюжина полицейских и два охотника, которых я узнала по «Плазе». Их удивленные лица скривились в гримасе, и они попятились, учуяв запах, исходивший от лифта.
– Видимо, быть начитанным не так уж и плохо, – тихо произнесла я, чтобы услышал только Трей.
А затем вышла из лифта со
– Уверена, что тебе стоит этим заниматься? – спросил Теннин, протягивая мне бумажку через стол. – Не пойми превратно, я искренне впечатлен твоими успехами с нашей первой встречи, но выслеживать торговца гореном – не повседневная задача. Ее неспроста поручили именно твоим родителям, а не первому попавшемуся охотнику.
Я взяла бумажку и прочла имя и адрес.
– Я уже ни в чем не уверена, но других вариантов у меня нет. Агентство решило, что мои родители работали с наркоторговцем, и единственный способ очистить их имя – найти его.
Теннин откинулся на спинку кресла.
– Восхищен твоим упорством, но будь осторожна с теми, на чьи мозоли ты наступаешь в ходе своих поисков. Агентство не любит, когда им кто-то препятствует или выставляет их дураками.
– Буду иметь в виду.
Последнее, чего я хотела, это неприятностей с Агентством, но, если это необходимо, чтобы найти родителей, я готова рискнуть.
– Должен сказать, мне любопытно, что из тебя получится в будущем. Ты определенно дочь Кэролайн.
– Спасибо, – я спрятала листок в карман для сохранности. – Как так вышло, что фейри-папарацци стал тайным осведомителем охотников за головами?
Он прыснул.
– Это останется между мной и твоими родителями. Скажем так, я слишком рьяно стремился проявить себя, когда влез в этот бизнес, и одной ночью оказался в затруднительном положении. Если бы не твой отец, меня бы сейчас здесь не было.
– Я понимаю, почему ты держишь ваш уговор в тайне. Другим фейри, наверное, не понравится, что ты помогаешь охотникам.
Теннин кивнул.
– Большинству моих знакомых плевать, но есть и те, кто будет недоволен.
– Твой секрет умрет вместе со мной, – я посмотрела на новые фотографии, висевшие на стене над его головой. – Снимки принца Риза вызвали большой переполох.
Он слегка выпятил грудь.
– Еще бы. Ты следишь за новостями?
– А как иначе? Эти фотографии повсюду. Это правда, что телекомпании подают на тебя в суд?
– Они пытаются надавить своим авторитетом, но мой адвокат утверждает, что у них ничего на меня нет, – он лукаво усмехнулся. – Если за месяц на меня никто не обиделся, значит, я плохо выполняю свою работу.
Мой взгляд прошелся по коллажу из снимков на стенах. На некоторых попадались знаменитые люди, но в основном на них были запечатлены члены королевской семьи.
– А королевские особы не злятся, что ты преследуешь и постоянно снимаешь их?
– Шутишь? Они обожают быть в центре внимания! В противном случае они бы остались в нашем мире.
– Наверное, в этом есть логика.
О некоторых из них мы знали только понаслышке, в наш мир они никогда не забредали. Например, королева Благого двора и король Неблагого. Поскольку наши технологии не работали в мире фейри, у нас не было ни одной их фотографии или других знатных особ, которые предпочли остаться в родных краях. Отсюда и такой ажиотаж вокруг снимков нового принца.
Меня мало волновали сплетни о знаменитостях, но всегда интересовало королевство фейри. Волшебный народ о многом умалчивал – например, о внутреннем устройстве их дворов. Я прочла на эту тему все, что могла, так что знала, что королевство поделено на два двора: на благих (также известных как светлые фейри) и неблагих (соответственно, темные фейри).
В каждом дворе правил один монарх, а его спутник жизни получал статус консорта. Ныне Благим двором правила королева Анвин, а Неблагим – король Осерон.
Поскольку придворные фейри являлись бессмертными, их монарх мог править вечно – если только сам не отречется от престола или его не убьют. Утверждалось, что Осерон правил уже больше тысячи лет, а вот Анвин – молодая королева, просидевшая на троне меньше двух сотен лет.
Информации о фейской политике было немного, за исключением того, что дворы постоянно боролись за власть. В нашем мире фейри из разных дворов неплохо уживались, но в своем они считались врагами. Я подозревала, что именно поэтому многие из них предпочли жить у нас.
Я присмотрелась к фотографии нового благого принца.
– Можно полюбопытствовать, из какого ты двора?
Похоже, мой вопрос удивил Теннина.
– Я из Неблагого. Большинство людей не знают и не интересуются нашей политикой. Ты не из таких?
– Я немного читала об этом. – Я озвучила еще один вопрос, который всегда не давал мне покоя: – Вы можете отличать благих фейри от неблагих?
Теннин усмехнулся и вскинул бровь.
– Кто-то сегодня крайне любознателен.
– У меня неутолимая жажда к знаниям.
Он рассмеялся.
– Можем. И прежде чем ты спросишь, как правило, мы общаемся только со своими, не считая публичных мероприятий, где все натягивают на лица улыбки и притворяются воспитанными.
Я подумала о других придворных фейри, которых недавно повстречала.
