– Значит, вы с подругой решили поехать туда самостоятельно, не имея ни малейшего представления, во что вляпываетесь.
– Я…
– И тебе не приходило в голову, что кто-то мог использовать телефон твоей матери, чтобы заманить тебя в ловушку?
Мои плечи поникли.
– Я была настолько шокирована звонком, что не могла мыслить здраво.
– Полагаю, по этой же причине ты не позвонила нам и отправилась туда абсолютно неподготовленной, – многозначительно произнес он. – Разве мы не договорились, что я сам со всем разберусь?
– Ты сказал, что будешь искать торговца гореном. Я думала, ты хотел, чтобы я звонила только по этому поводу.
Он выглянул в окно и шумно вздохнул.
– Позволь мне перефразировать, раз утром я недостаточно ясно выразился. Меня интересует все, что касается твоих родителей. В следующий раз, когда у тебя появится новая зацепка, немедленно звони мне. Так понятно?
– Да, – я поджала губы. Как это возможно, что в один день человек вызывал у меня бабочек в животе, а на следующий заставлял чувствовать себя нашкодившим ребенком?
– Отлично.
Я подалась вперед.
– Так что насчет маминого звонка? Ее телефон не мог случайно оказаться в том доме. Нужно вернуться и обыскать его.
– Фаолин с Конланом уже там. Они не обнаружили следов твоих родителей или телефона, но Фаолин сказал, что, похоже, сегодня кто-то находился в доме.
– Я была так близко!
Меня охватило отчаяние. Что, если родители ждали внутри, пока я стояла у дома? Если бы только тот сосед не вызвал полицию…
Голос Лукаса прервал мой поток грустных мыслей.
– Тебя могли ждать в засаде. Помни об этом. Что касается твоего небольшого приключения, то обвинение снято.
– Слава богу, – прошептала Вайолет, впервые подав голос с того момента, как мы отъехали от участка. Меня накрыла волна облегчения.
– Вы везете нас к моему джипу?
– Конлан подгонит джип к твоему дому. Тебе повезло, что полиция не успела конфисковать его.
Лукас протянул руку. Я сняла ключ от машины со связки и передала ему.
После этого он продолжил смотреть в окно, тем самым завершив разговор. Остаток поездки никто и словом не обмолвился, и я еще никогда не была так счастлива видеть свою улицу.
Керр подъехал к дому, и Вайолет выскочила наружу, словно кто-то поджег ее сиденье. Я вышла за ней и обернулась к Лукасу, который опустил окно.
– Спасибо, что помог нам.
– Да, ты приехал как раз вовремя, – поддакнула Вайолет. – Еще час, и я бы начала вырезать заточку из мыла.
Лукас недоуменно на меня покосился, и я покачала головой.
– Она актриса. Драма – ее второе имя.
Уголки его губ дрогнули, но, увы, так и не растянулись в улыбке.
– Постарайся хоть день не попадать в неприятности, – приказал он уже менее строгим голосом. – У меня есть дела поважнее, чем вытаскивать тебя из тюрьмы.
– Сделаю все, что в моих силах.
Он подал знак Керру, и, не промолвив больше ни слова, они уехали. Я ждала, пока машина скроется из виду, прежде чем пойти в дом.
Вайолет схватила меня за руку.
– Он всегда такой? Кажется, он напугал меня больше, чем мысль о ночевке в тюрьме.
– Это еще пустяки. Фаолин намного хуже.
– Тогда я очень не хочу с ним знакомиться, – она передернулась. – Ну, пойду-ка я домой. Мне нужно принять душ после четырех часов в той камере.
Я скривилась.
– Мне тоже. Спасибо, что съездила со мной.
– Зачем еще нужны лучшие подруги, если не для того, чтобы вместе сидеть за решеткой? – Она стала серьезной. – Мне жаль, что мы так и не нашли твоих родителей.
Я выдавила улыбку.
– Не сегодня, так завтра.
Вайолет быстро обняла меня.
– Если кто и может их найти, то это ты.
Я вздрогнула и подняла воротник куртки, но он почти не защищал от морозного декабрьского ветра, жалившего мне лицо. К тому времени, как я дойду до джипа, припаркованного в двух кварталах отсюда, я окончательно превращусь в ледышку.
Правда, спустя минуту, когда на меня упали ледяные капли дождя, я поняла, что может быть гораздо хуже. Небо разверзлось и окатило меня с головы до ног. Я ахнула и начала лихорадочно оглядываться в поисках укрытия. Вдалеке манила, как маяк, вывеска закусочной.
Я побежала к ней, открыла дверь и вошла внутрь под звон колокольчика. По сравнению с улицей в закусочной было жарко, как в сауне. У меня мгновенно запотели очки, и пришлось снять их, чтобы рассмотреть встретившую меня официантку.
– Столик на одного? – спросила она, прихватив с прилавка ламинированное меню.
Я убрала мокрые волосы с лица.
– Да, пожалуйста.
Закусочная была небольшой: четыре длинных стола с диванами вдоль окон и маленькие столики у стены. Официантка посадила меня за стол у окна, и я взяла несколько салфеток, чтобы вытереть лицо и очки. За этим занятием она и застала меня, когда вернулась за заказом.
– У вас есть суп? – поинтересовалась я, даже не взглянув на меню.
– Сегодня подаем куриный бульон с лапшой. Очень вкусный, советую.
– Прекрасно. Возьму его, сухарики и маленькую колу.
