У лестницы до меня донеслись голоса. Каиль шипел и ругался, а Калеб над ним подшучивал. Судя по всему первый случайно попал себе же в лицо перечным порошком. Я быстро но осторожно спускалась. Ребята в кухне. Но там были не только они, я явственно слышала женский голос. Судя по всему их мать.
Я заранее напряглась, готовясь к тому, что мне укажут за дверь. Как-то не верилось, что разрешат остаться здесь, тогда как в доме у людей не позволили. Замерев на лестнице я раздумывала: спускаться или подниматься? Развернулась, осторожно ступила на одну ступень выше, ещë, на другую. Древесина под ногой жалобно скрипнула.
– Ой, а кто там? – спросила женщина.
Я вновь сменила направление и пошла вниз, но не успела окончательно спуститься, как в коридоре появилась мать Каиля. Высокая худая женщина с волнистыми волосами цвета охры и светлыми глазами внимательно меня осмотрела и лукаво улыбнулась, остановившись на явно не моей одежде. От еë взгляда я зарумянилась, а голос мой едва продрался сквозь горло, выдавив полухрипом тихое приветствие.Следом за матерью появились и сыновья, отчего мне захотелось куда-либо спрятаться. Сегодня казалось, что рубашка Каиля почти не скрывает моего тела, хотя умом я и понимала, это не так.
– Мам, это Дафна, – сказал смутившийся не меньше моего Каиль. – Она вчера под дождëм вымокла, вот, я ей дал. Еë всë мокрое. Сушится.
– Точно, проверю, вдруг высохло! – хлопнув в ладоши сообщил Калеб и куда-то убежал.
Каиль на пути ко мне сказал, что я пока подожду в комнате, развернул меня за плечи и повëл обратно на второй этаж.
– А меня зовут Маргарет. Приятно познакомиться, – весело сказала женщина нам вослед.
Совсем скоро ко мне вернулась моя одежда. Тëплая и мягкая, она пахла необычно, почти как Каиль и дом его семьи. Мы вновь спустились на первый этаж. Друг представил меня своей матери, рассказал, что мы вместе учимся, что в Ардоре меня обокрали. Маргарет участливо кивала, а в еë глазах я видела лишь беспокойство. Искреннее.
– И что же ты думаешь делать? – спросила меня женщина, слегка наклонив голову.
– Пусть у нас останется, – вместо меня ответил Каиль. – Или хочешь вернуться в академию пораньше?
– А пускай остаëтся, она же не просто так в Ардоре оказалась. Наверняка зачем-то? – улыбнулась Маргарет.
– Я не хочу вас стеснять.
– А ты и не стесняешь, – единогласно отозвались мать с сыном.
Я улыбнулась их синхронности. И моя улыбка была принята за согласие. Так, неведомым мне образом, я осталась в их доме. Узнав, что прошлую ночь я провела в комнате Каиля, Маргарет и бровью не повела, словно так и должно быть. Она оказалась очень доброй и заботливой женщиной. И замечая, как женщина любит и оберегает сыновей, я по-доброму им завидовала. Отца Каиля видела совсем недолго. Мужчина зашëл в дом на час, не дольше. Он собирался в какую-то поездку и на меня внимания не обратил. Так странно. А мы вот весь день просидели дома, пока за окном беспощадно поливало и громыхало.
Я сидела с книжкой и перечитывала о драконах. В библиотеке у семьи Крог было много интересных книг, но я стеснялась попросить. Вот и перелистывала уже знакомые страницы, пока напротив меня не уселся Калеб.
– Интересуешься ящерами? – с улыбкой спросил молодой мужчина.
– Нет, просто последнее задание по учëбе было связано. Вот и читаю.
– На каникулы?
Я объяснила, что доклад уже сдан. Тогда Калеб уточнил, зачем читаю? Я пожала плечами, сама толком не зная ответа. И мы как-то незаметно разговорились. Он спрашивал меня, верю ли я в перерождение и прочую священную ерунду. Я не верила.
– Думаю, что, когда находили таких вот мальчиков, с чëрными глазами, их просто с детства обучали всему. Вбивали в голову все эти легенды, – высказалась я.
– Воспоминания прошлых жизней не вобьëшь, – деловито заметил Калеб.
– Нет. Ты прав. Зато если с детства рассказывать малышу о том, что он делал в прошлой жизни. И описывать это ярко, как сказки, то ко взрослому возрасту он не поймëт: выдуманное воспоминание или настоящее. Ну рождаются же иногда стражи с одним цветом глаз! Бывает же такое?
– Ага, полукровки.
– Я не про них! Редко, согласна, но ведь рождаются с, допустим, зелëными и правым, и левым глазами. Почему, если у какого-то из родителей, глаз окажется чëрным, на свет не может родиться малыш с двумя чëрными глазами? – видя, что Калеб хочет что-то сказать, я продолжила, не позволяя сбить меня с мысли. – Может! И время от времени рождаются! Просто их сразу же обзывают драконами и забирают в какой-нибудь закрытый монастырь, где в тайне ото всех вдалбливают в него нужные кому-то третьему знания.
– Тогда почему драконы именно с чëрными глазами?
– А вовсе не всегда. Есть же ещë семеро? С золотистыми, с зелëными, кстати, с синими… Не помню какие ещë. Но, погляди, со всеми перечисленными, кроме золотых, рождаются и просто стражи, которых никто драконами не обзывает. Более того, этой семëрке необязательно помнить свои прошлые жизни. А ещë они, вроде как, всегда потомки одних и тех же семей. Смекаешь? Они когда-то давно решили править, а чтоб не самим, прячутся за неповинным ребëнком. Вот!
