– Конечно, конечно. Прости, мы тебя отвлекли? – затараторила Маргарет. – И не сутулься! С ровной спинкой ты просто красавица.
– Мам, хватит, ты только смущаешь еë, – сказала Агата. – Значит, сватаем совсем скоро? Как бы Каиль всë ни испортил!
– А что испортит? Он с Эвой уже знаком, – было последним, что я услышала.
И сразу стало понятно, обманывает обеих. Это про Эву и меня.
В комнате я расправила перед собой лист бумаги, взяла пишущее перо и, макнув его в чернила, опустила на лист.
Я запечатала своë письмо и отправила прежде, чем успела передумать. Сердце неровно стучало, а голова разболелась. Выпросив в лазарете лекарственный настой, вернулась к себе и уселась на стуле за книгой. Хотелось хоть как-то отвлечься, но совсем не читалось. Буквы не складывались в слова, а словно плясали перед глазами. Я с трудом распознавала их и не улавливала смысла написанного, но продолжала сидеть.
Так бы, наверное, и заснула, но в комнату ураганом внеслась Алиса. С грохотом учебники упали на стол. Подруга собрала волосы в тугой узел на затылке и уселась рядом со мной, разложив письменные принадлежности.
– Не помню, чтобы кусала тебя, – пошутила я.
– Меня покусал бал! Дафна, я только теперь поняла, что до выпуска осталось чуть больше месяца.
– Последний рывок перед свободой? – мягко улыбнулась я.
– Последняя попытка подготовиться к выпускным экзаменам, – кисло ответила соседка. – Продолжай учиться в своëм темпе, Дафна. Потом будешь себе очень благодарна.
– Уже.
Я посмотрела на еë нахмуренное личико, на губы, шевелящиеся в беззвучном чтении, и решила прогуляться.
– Ты куда?
– Не буду тебе мешать.
– О, ты не мешаешь, – Алиса глянула в окно. – Подожди меня.
Я рассмеялась. Вроде она собиралась готовиться, но вот пошла со мной. Скривив недовольную рожицу, Алиса захватила с собой учебник и обещала почитать на свежем воздухе. Ещë она взяла с меня слово, что мы заглянем в столовую за булочками с изюмом. Что мы и сделали.
В коридоре мы случайно наткнулись на мать Каиля, она мило беседовала с историком. Передавала ему какие-то свитки и уточняла, сколько времени ему понадобится на изучение.
– О, я верну вам всë через две недели, – обещал историк, горячо благодаря женщину.
Он взял свитки в руки с таким благоговением, словно драгоценную реликвию. И всë повторял благодарности.
– Что вы! Мне несложно, но через две недели я жду свитки обратно, – улыбалась женщина.
– Благодарю вас! – он с нежностью провëл рукой по свиткам и развернул один. – Здесь же ведëтся от самого Роана.
– Уверяю, там ничего серьëзного. Пустые даты. Просто имена.
– Поверьте, госпожа, это даже очень серьëзно.
– Ну что вы, такого я бы из семьи не вынесла, – улыбнулась Маргарет.
Мы прошли мимо них, и тогда я спросила Алису про Роана. Я знала, что это имя первого дракона, но какое отношение к нему имела мать Каиля?
– О, – протянула подруга довольным тоном. – Она потомок Роана! Еë бабушка какая-то там дочь сыновей его третьего сына. В общем, в своëм роде Маргарет довольно знатная особа, но вышла за простолюдина. Полагаю, там записи семейного древа. Он давно у неë просит.
– Каиль – потомок Роана?
– Ты шутишь? – неподдельно поразилась Алиса. – Да Каиль, когда только поступил, был готов прибить каждого, кто смел называть его «потомок Роана!». Так его бесило это словосочетание. Потому и прикалываться быстро перестали. Только историк повëрнут на драконах, потому ему простительно. А тебе лучше такого больше не произносить. Но, да. Каиль его потомок. Говорят, он даже выглядит почти так же как его прапра что-то там точно ещë дед. Бледный, с чëрными волосами и глазом. Знаешь, что, я думаю, что он повредил второй в какой-нибудь драке из-за того, что его назвали потомком Роана.
– Он повредил второй глаз? – не поняла я.
– Ну, первый. Я не так выразилась, – сказала Алиса, спрятав за ладошкой левый глаз. – Блин, должно быть крайне неудобно ходить так всë время.
В конце концов мы уселись на поляне. Ели булочки, общались и наблюдали птиц. Учебник лежал рядом с Алисой, закрытый. Когда солнце садилось, пошли к озеру промочить ноги. В воде плавали какие-то ребята. Они очень шумели и брызгались водой, не стесняясь призывать на подмогу силу стихий. Алиса посетовала, что этот день, должно быть, последний выходной перед еë выпуском.
