Он отвернулся и покраснел.
– Находил девушку, Алису?
На ярких зелëных глазках выступили слëзы. Нос покраснел и шмыгнул.
– Кони?
– Я потерялся! – зло крикнул он.
Мальчик сжал челюсти, но подбородок его дрожал. Я подошла поближе и забрала из его рук твëрдые хлебные куски и покрытый плесенью сыр.
– Эту еду оставь мëртвым, – ласково шепнула я и положила приношения обратно на могилку. – Пойдëшь со мной?
– Куда?
– Не знаю, но что-нибудь придумаю.
Мальчик потянулся ко мне и ухватился за мою руку, почти повиснув на ней. Прохладный и бледный, он выглядел совсем слабым. Так что я подхватила его на руки и понесла. Сначала обратно в город. К дому Максимуса.
Пустые ночные улицы едва освещались слабыми фонарями. Иногда на пути встречались одинокие прохожие. Я каждый раз напрягалась и прижимала мальчика чуть сильнее. Готовилась перейти на бег в любой момент. Моë сердце бешено стучало, тогда как сердечко Кони едва билось. Голова его расслабленно лежала на моëм плече. Ручки и ножки свисали по бокам. Мои же руки болели от напряжения. Худой, а тяжëленький.
С горем пополам мы добрались до знакомого здания. Свет не горел, да и с чего бы посреди ночи?
Я поднялась на крыльцо и ногой постучала в дверь. Освободила левую руку и дëрнула за звоночек, висевший у входа. Постучала по стеклу окна. Ничего.
– Ну давай же! Куда вы делись? – в сердцах восклицала я, с трудом удерживая сползающего ребëнка.
Дыхание Кони затихло. Мерное и спокойное, оно казалось слишком медленным. Словно с перерывами.
Недолго думая я понесла его к дому Люка. Хотя дорога вспоминалась с трудом. Я не была уверена, что его родители позволят нам остаться на ночь или вызовут мальчику лекаря, но попробовать стоило.
Я шла по улицам. Плечи и поясница болели. Я слегка отклонила корпус назад, но это едва ли помогало. Кони дышал с хрипами. Мои руки дрожали. Ноги спотыкались.
Не понимая уже, куда идти, я несла спящего малыша на себе. Его ножки болтались по бокам, а тонкие ручки свисали словно у тряпичной куклы. Голова мальчика покоилась на моём плече. Измотанная, я брела почти не разбирая дороги.
Закусила нижнюю губу. Слёзы обиды побежали по щекам. Не разбудить бы Кони своими всхлипами.
В очередной раз споткнувшись, я выругалась и пнула камень, больно ударившись пальцем ноги.
– Дафна?
Я громко всхлипнула и обернулась на знакомый голос.
– Каиль?
– Откуда ты тут?
– У меня к тебе странная просьба. Надо спрятать ребёнка, вот этого, – произнесла шёпотом.
Юноша опешил. Осмотрел нас приоткрыв рот.
– Ему нужна помощь. Я даже не знаю, спит он или потерял сознание! Каиль, пожалуйста. Это срочно.
– Хорошо. Успокойся.
Я шагнула к Каилю, но тот остановил. Он протянул ко мне руки и бережно забрал из моих расслабленного мальчика. Дотронувшись до него, Каиль что-то тихо шепнул. Я насторожилась, готовая отобрать ребёнка в любой момент. Никак нельзя дать кому-либо узнал, что Кони дракон. Однако Каиль лишь грустно улыбнулся и сказал, что удивлён, ведь мои руки ещё не отвалились под весом мальчугана. Для своего возраста он хрупкий, но легче от этого не становится.
Юноша без труда нëс мальчика. Иногда он посматривал на меня, но молчал. Я же смотрела на Каиля почти постоянно. Он на удивление был одет просто. Бежевая рубашка и тëмные брюки. Охотничьи сапоги на мягкой подошве. Чëрные волосы собраны в хвост. В ушах ни единой серьги. И на глазу неприметная тряпичная повязка.
Мы пришли к нему домой. Каиль предупредил, что в городе помимо него только Калеб. Добавил, что тот сегодня ушëл на арену.
Он уложил Кони на диван в гостиной и накрыл пледом. Обернулся ко мне, словно хотел что-то сказать, но не решался. И прошëл мимо меня в кухню.
– Хочешь чай? – раздался его голос.
От чашки поднимался пар и аромат пряных трав. Я подула на поверхность чая и сделала маленький глоток. Жидкость ошпарила глотку. Пальцы обеих кистей сжимали чашку. Я опустила еë на стол, но рук не отняла. Ладонь Каиля легла поверх моей.
– Кто этот мальчик? – ровно поинтересовался он.
– Кони.
– Откуда Кони?
– Не знаю.
– И как же мне вам помочь? – Каиль улыбнулся, придвигаясь ближе ко мне.
Я пожала плечами. Опустила голову. И едва прошелестела, что не знаю. Каиль поднялся со своего места и подошëл ко мне. Он наклонился, опуская подбородок мне на макушку и обнимая со спины. Я закрыла глаза. Сейчас было не до споров и попыток высвободиться. И когда юноша наклонился, коротко целуя мою шею, я лишь сказала:
– Я два дня не мылась.
– Напугала, – развеселился Каиль и подхватил меня, с лëгкостью пересаживая со стула на стол.
Лицом к себе. Он обхватил моë лицо руками. Нежно, едва касаясь. Погладил большими пальцами по щекам и ласково коснулся губами лба. Виска. Остановился в миллиметре от губ и с просьбой посмотрел в глаза.
– Сними повязку, – попросила я и сама потянулась к узлу.
Каиль не сопротивлялся. Он смотрел на меня с такой нежностью, что мне хотелось зарыться в его объятия. Я сама потянулась к нему, целуя. Вцепилась в напряжëнные плечи. Обняла ногами бëдра. Позволила рукам юноши потянуть кофту снизу вверх и забыться в его прикосновениях.
