— Мы выпили еще за ваше здоровье, ваше величество. — Он поднял глаза к потолку, силясь вспомнить, что было дальше, а это было трудно, и вспомнил. — Мы стали петь про ворона, который прилетел к умирающему гленду, застреленному стрелой дзирда.
— Это что за песня такая? — удивился король. — Я не слышал. — Он забавлялся растерянностью главы клана Четвертых ворот, но не сердился, этот грубый глендар развлекал скучающего короля.
Глендар глубоко вздохнул и вдруг мощно и красиво затянул:
— Черный ворон…
Когда он закончил петь, то на его глазах появились слезы, а в зале стояла такая тишина, что каждый из присутствующих боялся пошевелиться, чтобы ее нарушить. Неожиданно глендар ударил кулаком по ладони, и этот стук разорвал натянутую тишину, словно струну, и король вздрогнул от неожиданности, уставившись на главу клана широко открытыми глазами.
— Вот мы и решили пойти набить морды дзирдам, чтоб не задавались. А девок взяли, чтобы веселее было, — не удержался от улыбки здоровяк. — Дальше помню не совсем ясно, ваше величество, — сознался Грендар. — Мы шли. Девки пели.
— Ну и как, набили морды дзирдам? — Король почти смеялся, давно его так не развлекали придворные.
— Нет, ваше величество, встречные силы противника неожиданно сдались от бравого вида ваших солдат, ваше величество, но не только поэтому. — Глендар оглядел внимательно слушающих его придворных и глендаров и продолжил: — Там среди врагов созрел заговор!
У короля брови взметнулись вверх.
— Человек уговорил сдаться мужчин-дзирдов, пообещав им свободу. Они убили своих жриц и ушли в горы Ронга. Поэтому нам так легко удалось захватить крепость. Потом человек ее разрушил, — закончил кратко рассказ о священном походе глендар.
— Зачем он это сделал? — Казалось, король был удивлен, но властитель клана Четвертых ворот не сомневался, что факт разрушения крепости королю известен, и понимал, что его удивление наигранно. Люцофар наверняка знал, что крепость разрушена, только не знал подробностей.
— Пьян он был, ваше величество. Барон пошел парламентером, предложить дзирдам сдаться. Но они ему что-то сказали непристойное, он рассердился и разрушил крепость так, что там только груда камней осталась, — развел он руками в стороны, показывая, что сильно сокрушен происшедшим. Лицо его при этом выражало натуральную скорбь.
— Он что, действительно такой сильный маг? — Король буравил глазами глендара.
— Думаю, да, ваше величество, и его искусство опасно. — Грендар прямо смотрел в глаза короля.
— И вы такого опасного мага привели в мой дворец? — Казалось, от тона короля замерзнет воздух и выпадут снежинки.
— Привел, ваше величество, — вздохнул глендар. — Я предлагаю отправить его в Мертвый город; он ищет телепорт, чтобы вернуться, там как раз есть тот, каким ушли дворфы, бросив свои дома. Заодно он нечисть подчистит, и добыча рунного камня увеличится.
Услышав про рунный камень, король задумался.
— А ведь верно говоришь, Грендар, мы так двух птиц поймаем. — Он одобрительно посмотрел на глендара. — И подземелья почистим, и от чужака избавимся. — Он насмешливым взглядом осмотрел придворных. — Учитесь, как надо служить королю: вот как глендар Грендар. Если все получится так, как он нам рассказал, то быть ему глендаром Первых ворот.
Глава клана молча поклонился и застыл каменным изваянием, теперь он был окружен врагами и обласкан королем. Кроме того, его гленды не участвовали в бунте, потому что он не имел привычки брать с собой бездельников. Теперь все зависело от пропавшего человека.
В зал зашел какой-то придворный и что-то прошептал на ухо другому. Эстафета шепота дошла до начальника стражи. Он приосанился и облегченно сказал:
— Ваше величество, человек идет по коридору.
— По какому коридору? — Король удивлено посмотрел на говорившего.
Тот широко открыл глаза, часто заморгал и запустил эстафету шепота обратно.
Я шел по широкому коридору, покинув покои гостеприимных девушек, ища место, где можно было бы перекусить. Я не ел уже сутки, пребывая во дворце, и сильно проголодался. Можно, конечно, поесть сухой паек, отобранный у гномов, но он был хоть и питательный, но невкусный, и я решил оставить его на потом.
У каждого поворота стояли гвардейцы, которые, выпучив глаза, смотрели на меня. Первые, кто хотел меня остановить, упали на пол, лишившись силы в ногах. Это малыши сожрали у них запас сил. А их командир убежал куда-то. Так я и шел из одного коридора в другой, безуспешно пытаясь выяснить, где же тут можно все-таки поесть, а за мной оставались лежащие стражи. Наконец мне дорогу перегородили гвардейцы, за спинами которых толпились хиртраги в серых мантиях, напоминающие больших бородатых мышей.
— Гленды, где тут у вас кормят гостей? — громко спросил я и остановился. Ответом мне было гробовое молчание. Я смотрел на них, они на меня, в готовности применить руны.
— Не вздумайте применить оружие, — сказал я им. — Если начнете рушить дворец, точно в гиблые подземелья отправитесь.
Мой ход с угрозой сработал, они замялись, а вперед вышел один из них.
