Разумеется, не обошлось без газет. Вначале туда просочилось лишь немногое, позднее, когда выяснилось, что случай поразительный, из ряда вон выходящий, он стал сенсацией.
НЬЮ-ЙОРКСКИЙ ЮРИСТ ЖИВЕТ В ВЫДУМАННОМ МИРЕ
Секс, наука и социология на другой Земле
«Таймс» поместила сдержанное интервью. «Лайф» отвел Питу Инису четыре полосы, «Тайм» – колонку, «Саентифик Америкен» напечатал памфлет.
Он вошел в колею. И стал гораздо счастливее, чем когда-либо в жизни.
И тут все полетело к чертям.
Сухой голос сказал по телефону:
– Мистер Инис, мы прочитали о вашем случае в «Саентифик Америкен».
– Да? – сказал Пит. Что они хотят: купить или продать? Он уже подрядился написать несколько статей. Голос словно замялся.
– Мне кажется, это не телефонный разговор. Разрешите мне приехать к вам в любое удобное для вас время.
– Кто вы такой?
– Простите… Я… все это довольно необычно, мистер Инис. Очень необычно. Мои коллеги и я сам… Разрешите представиться: я доктор Рэймонд ван Хасен. Я… Алло! Алло!
Пит уставился в одну точку. На свой книжный шкаф. На книжку в зеленом переплете под названием «Грядущее покорение атома», автор – доктор Рэймонд ван Хасен, дважды лауреат Нобелевской премии. Тот самый ван Хасен, который в его выдуманном мире сыграл такую роль в создании первой атомной бомбы и в работе Окриджского института ядерных исследований…
– Да, доктор, – сказал Пит. – Я о вас слыхал. Чем могу быть вам полезен?
– Важно, чем МЫ уже были ВАМ полезны и что еще, может быть, сумеем для вас сделать, – возразил доктор ван Хасен.
Пит стиснул телефонную трубку с такой силой, что хрустнули пальцы.
– Вы были мне полезны?
– Я… собственно, это не мы. Если наша теория верна… мистер Инис, право, лучше мы приедем к вам и поговорим.
– Сегодня же вечером, – хрипло сказал Пит, совсем один в зыбком, качающемся мире. – Сегодня же.
Седая козлиная бородка ван Хасена подрагивала в такт его словам:
– Параллельные миры, мистер Инис. Сосуществующие миры. Мы полагаем, что вы попали не в тот мир, просто не в тот.
Пит распластался в большом кресле у камина, словно придавленный какой-то тяжестью. Физик Энрике Патиньо сидел на круглом табурете у пианино. Доктор Хейзл Бэрджис, интересная женщина лет пятидесяти, поместилась на диване рядом с Мэри.
– Просто не в тот мир, – эхом отозвался Пит.
– Пит… Пит, что они говорят? – прошептала Мэри.
– Говорят, я попал не в тот мир. Ты их не слушай.
Мэри вцепилась зубами себе в руку.
Пит глотнул неразбавленного виски из стакана.
– Стало быть, вы говорите, у вас разладилась машина, – сказал он. – Кто-то забыл завинтить какой-то винтик – так? И машина дрогнула на своей подставке – так? И направленный луч, вместо того чтобы попасть прямиком в цель, пошел вбок, сквозь стену лаборатории, через Флашинг-Мидоуз и настиг меня, прежде чем вам удалось его выправить как следует. Так вы говорите?
– Это случилось не с нашей машиной, – поправила Хейзл Бэрджис. – Понимаете, луч нашей машины был направлен на настоящего Пита Иниса.
– Ну, это уже или глупость, или оскорбление, – сказал Пит. – По-моему, и то и другое. Я и есть Питер Инис. – Он снова отхлебнул из стакана.
– Извините, – сказала Хейзл Бэрджис. – Я хотела сказать, луч нашей машины был направлен на того Питера Иниса, который живет в нашем мире. А машина вашего мира направила свой луч на вас. – Она запнулась, прикусила губу. – Прошу вас, извините меня. Когда мы прочитали о вас… и в конце концов поняли, что же, видимо, произошло… мы были потрясены.
Пит неторопливо поднялся и, даже еще не успев выпрямиться, изо всех сил швырнул стакан прямо в камин. Виски зашипело на горящих поленьях.
– Пропадите вы пропадом, – сказал он. – Пропадите вы пропадом, все до одного.
– Две Земли, – сказал ван Хасен, глядя на синее пламя горящего виски. – Почти одинаковые. Два почти одинаковых эксперимента, соотнесенные во времени. Две почти одинаковые неудачи. Перенос Питера Иниса в смежный мир. Только так и могло произойти. Иного удовлетворительного объяснения не существует. И, вполне возможно, одинаковые результаты. Автомобильная катастрофа, больница и… гм…
Он покосился на Мэри, перехватил бешеный взгляд Пита и отвернулся; козлиная бородка его вздрагивала.
– Не валяйте дурака, Рэймонд, – сказала Хейзл Бэрджис. – Ах, черт побери!
– Прошу вас, уйдите, – прошептал Пит.
– Возможно, мы сумеем вам помочь, мистер Инис, – мягко сказал Энрике Патиньо. И обернулся к Мэри. Лицо его было изрезано морщинами, и он посмотрел на нее, как может смотреть только старый, проницательный, мудрый человек, сын древнего и мудрого народа. – Конечно, если вы этого захотите.
Пит зашатался.
Мэри вскочила и кинулась к нему.
– Пит, я не понимаю…
Мэри? Да Мэри ли это?
– Наш эксперимент был попыткой… – продолжал ван Хасен.
– Будьте вы прокляты с вашим экспериментом. Убирайтесь и оставьте нас в покое.
– Но, мистер Инис, может быть, нам удастся достичь противоположного эффекта и вернуть вас…