Боже, звучало в сто раз хуже, когда это говорил кто-то другой. Аня подтолкнула Битси вверх, чтобы потереть глаза, и кивнула:
– Да, считаю. Я знаю, где мой отец хранит все оружие города. Там я лишилась слуха. Я могу пробраться внутрь и взорвать все бомбы, прежде чем кто-то успеет меня остановить.
– Думаешь, сможешь пройти туда, не попавшись отцу?
Нет. Не думала. У нее было подозрение, что отец узнает о прибытии дочери, как только ее засекут камеры. Не существовало такого входа в город, чтобы ее не заметили.
Но именно на это она и рассчитывала. Хотела, чтобы отец увидел ее. Чтобы знал, что она идет, чтобы ему пришлось придумывать оправдания, потому что он уже объявил ее мертвой.
Может быть, в глубине своей черствой души он догадывался, что она пыталась избавиться от него. Может, давно предчувствовал, что им придется вступить в борьбу. Учитывая все, что она о нем знала, с него сталось бы.
– Думаешь, Дайос даст тебе это сделать? – спросила Мира, и ее голос эхом отдался от стен купола.
Над куполом промелькнула тень. Подняв глаза, Аня увидела, что Дайос вернулся первым. Он нес внушительных размеров тунца, которого она не сможет есть. В нее сейчас никакая еда не лезла.
Вздохнув, Аня покачала головой:
– Нет, думаю, ему это совершенно не понравится.
Обе девушки подождали, пока его голова появится в бассейне. Дайос всплыл гораздо медленнее, чем в тот раз, когда принес сюда Аню. Шлепнув рыбину на металлический пол, он окинул обеих внимательным взглядом и прорычал:
– Почему у вас лица такие виноватые?
Покосившись на Миру, Аня взглядом попросила о помощи. Сама она с этим не справилась бы. Не могла она выложить ему все прямо сейчас, когда осознание было таким свежим и болезненным.
Мира кивнула, хлопнула ладонями по столу – вероятно, очень громко – и встала. Битси вывела на экранчик слова, которые удивили даже Аню.
– У меня для тебя кое-что есть, Дайос. Уже какое-то время с этим вожусь, все никак не работает так, как мне надо. Но для наших планов сойдет.
И она удалилась в боковую комнату, откуда всегда пахло машинным маслом и чем-то металлическим.
Дайос вскинул бровь:
– Это она о чем?
– Не знаю. – Какая разница. Ей надо было сказать ему. Она не могла смотреть на него как ни в чем не бывало, умалчивая о своем плане. – Дайос…
Она поднялась с места и села на пол рядом с ним. Не раздумывая, он подхватил ее под колени огромной рукой и притянул к себе.
Он пах морем. Едкий запах, смешивающийся с солью, обжигающей ее нос. А может, это были слезы, которые она отказывалась проливать, потому что он обнял ее без всяких сомнений, словно именно здесь было ее место.
Прижавшись лбом к его плечу, Аня позволила ему прижать себя еще ближе, словно он мог снять с ее плеч свалившийся на них груз. Миры не было в комнате, так что он без колебаний провел ладонью по ее затылку, а потом убрал волосы с лица, заводя их за уши.
– Моя калон, – прошептал он, и его губы прижались к ее макушке. – Скучала по мне?
– Да, – с беззвучным смешком ответила она. – Правда странно?
– Да не очень.
– Тебя не было всего пару часов или того меньше. А я уже чувствую… – Она не знала, какие подобрать слова. Только понимала, что ей не нравится быть с ним порознь.
Может быть, отчасти потому, что она боялась, что все это может в любой момент рухнуть. Аня знала, что должна сделать, но это лишь все усложняло. Возможно, она лишится жизни в этой безумной борьбе, в которую могла бы и не вступать. И тем не менее она была здесь. И боролась.
Он загудел, протяжно, низко. Его грудь завибрировала от звука, который она могла слышать. Если у нее не получится, она больше никогда не услышит ничей голос так четко. Ее отец ни за что не упустит ее снова, и она навсегда застрянет в клетке. Как ей решиться потерять этот звук, который стал ей так дорог?
С трудом сглотнув, Аня заставила себя отстраниться.
– Дайос, мне кажется, единственный шанс…
Вся линза вспыхнула красным, заставив ее вздрогнуть и замолчать от неожиданности, но это просто Битси нарисовала стрелку. Дайос тоже смотрел Ане за плечо, нахмурившись так сильно, что ее это почти испугало.
– Что такое? – спросила Аня, оборачиваясь, и увидела в дверном проеме Миру с… рукой.
Металлической рукой.
Она была огромной, и Мира с трудом держала ее перед собой, чтобы показать им. Рука была до странного похожа на руку ундины. У нее было гибкое запястье, а пальцы соединены тонкими перепонками.
– Не собиралась тебе показывать, так как это только прототип. – Мира хмуро смотрела на руку. – Он пока мало что может. Пожалуйста, не трогай ею ничего, что может быть покалечено, сломано или убито. Напряжение у нее очень нестабильное.
– Что это такое? – прошипел Дайос.
– Рука, – буркнула Мира, наклонив голову, и подошла к ним.
Битси уточнила, что она что-то бормочет, а потом дописала: «По-моему, до фига очевидно».
Аня с Дайосом молча смотрели, как Мира остановилась рядом и поднесла искусственную руку отверстием к культе Дайоса.
Внутри у Ани что-то… протестующе дрогнуло.
