— Жители кампуса. Те, что ещё верят в правду. Это послание для вас. Вы Герои по праву рождения. Готовьтесь стать настоящими защитниками мира, а не цирковыми клоунами, коих из вас делал ректор. Узнайте, наконец, правду о том, кто держал вас в этих стенах, разобщая и используя в своих коварных целях. Вы призваны исполнить свой долг перед простыми жителями, не способными противостоять разломам, червоточинам и монстрам, которые их порождают. Вы больше не обязаны прятаться по своим норам на разных секторах кампуса. Вы больше не обязаны бороться за рейтинг, выпрашивая себе эфирное время. Вы больше не должны слушать лживую крысу, которая хотела только одного — нажиться на ваших навыках, продавая вас своим спонсорам. Отныне вы больше не принадлежите ему. И скоро память о нём канет в небытие. А вы — будете сиять ярко, и каждый житель планеты будет помнить ваши имена даже сквозь века. Потому что вы Герои! И никакому ректору не сделать из вас подопытных!.
Дальше пошли кадры из лаборатории. С Бобби, с Барабашкой, с раненой Лясей, с одурманенной Агатой. И теперь к пояснениям Шена, который включился в процесс.
Не знаю, какая муха меня укусила, что я переиначил безумный монолог из супергеройской вселенной моего мира, о которой тут ни сном ни духом не ведали, но, может, оно и к лучшему. По крайней мере, внимание я точно привлёк. А доказательства сделают своё дело.
А мне нужно было отпустить Мел. Я обещал.
Она поняла, что миссия её здесь завершена. Провела пальцами по столу, утопая в поверхности дерева, кокетливо склонила голову и подошла ко мне в своём всё ещё мокром купальнике.
— Спасибо за службу. Теперь ты свободна… — я вынул из-за пазухи браслет и преподнёс девушке на раскрытой ладони.
— Спасибо, что держишь слово… — в голосе было много грусти, хоть она и улыбалась.
Вечно жизнерадостная Мел даже в смерти осталась такой.
— Иди к свету… Этот мир не единственный. Отправляйся в лучший из возможных.
— Так и сделаю, — хихикнула она, наклоняясь ближе ко мне.
Я щёлкнул пальцами, и ладонь, на которой лежал браслет, вспыхнула.
— Спасибо, — шепнула она, и её губы потянулись моим.
Ещё секунда и это был бы самый странный поцелуй в моей жизни. Но призрачная красавица Мел рассыпалась на глазах на сотни тысяч искорок. Нашим губам не хватило мгновения, чтобы сомкнуться. Последнее, что увидел, её улыбающиеся благодарные глаза.
Я сжал пылающую ладонь и взмахнул, рассыпая пепел, в который превратился браслет. Искорки, оставшиеся от Мел, повторили движение, разметав пепел, и рванули ввысь.«К свету».
Так она покинула этот мир навсегда.
Шен, уже закончивший предоставлять доказательства в прямом эфире, подошёл ко мне и положил руку на плечо.
— Наша миссия выполнена. Скоро здесь будет очень много полиции и репортёров. Что будем делать дальше?
Но так далеко я не заглядывал. Чувство опустошения, которое часто наступает после выполнения важной задачи, вытеснило все другие эмоции и разметало все мысли по просторам сознания. И, наверное, я бы какое-то время просто сидел и смотрел в стену, приходя в себя после всего случившегося, но тут дверь распахнулась.
Тот, кто вошёл, не источал угрозы. Его энергия была сложной, но вполне предсказуемой и понятной. Он медленно прикрыл за собой дверь, поднял руки, показывая, что не вооружён и нападать не планирует. Так же медленно и осторожно прошёлся вдоль аппаратной, откуда велось вещание. Улыбнулся, приподнял бровь, выражая уважение и удивление, что мы всё это провернули так быстро и слаженно. Даже похлопал, коротко, мягко. Сел в кресло.
— Могу вас поздравить, — произнёс без издёвок и пафоса. — Я впечатлён.
— Так это вы?.. — пришло осознание ясное и пронзительное. — Вы информатор и, видимо, по совместительству покровитель Линн.
Он усмехнулся, откидываясь на спинку и закидывая ногу на ногу. Не пошло, а очень аристократично.
— Неужели вы удивлены? Я думал, вы давно меня раскусили…
— Ректор готов вас принять, — произнесла миловидная барышня, нанятая на место прошлого секретаря, и улыбнулась приторно-доброжелательно.
Многое произошло за эти три дня после того, как мы побывали в лабораториях. Столько журналистов, зевак и фанатов всех мастей я не видел никогда в своей жизни. А сколько часов пришлось провести, общаясь с представителями правопорядка! Как вспомню, так вздрогну.
Бобби положили обследоваться и поправлять здоровье, Ляся подлатали и через день уже отпустили. Хорошо, что всё-таки заживает на нас как на собаках, главное, не доводить до края и вовремя прибегать к медпомощи.
Отец Ляси приехал и в больницу, и в Школу. Плотный невысокий дядька выглядел типичным бизнесменом из девяностых, но не в период «расцвета», а как раз в наше время, когда нелегальная деятельность переросла в легальный бизнес, и больше не требовалось ездить на стрелки. Всё решалось монетой и авторитетом.
