— Спасибо.
— Пустяки. Я знаю, как это для тебя важно, и понимаю, как бывают слепы родители в своей неумеренной заботе. Насчет того, как пробраться на корабль, ты все запомнила?
— Да. И буду следовать точно твоим указаниям.
— Как вести себя во время этого плавания, я тебе объясню на месте. Буду навещать тебя в твоем закутке.
— Договорились. А что… на островах?
— Там уже будем действовать по ситуации, — сказал Фанет, приглаживая ткань туники на коленях. — Главное, чтобы он был уверен, что ты осталась в Сфенетре. А на Скалистых островах ты уж постарайся не ввязываться в бойню между адептами Ордена и илирами, ну и людьми, наверное, если они там еще не передохли.
— А ты надеешься на обратное.
— Всегда, — оскалившись, протянул илиар.
— Они же вносят свой вклад в борьбу с Орденом.
— Мне все равно. Чем меньше людей, тем больше отомщенных илиаров. Хотя, с другой стороны, тем меньше и рабов.
Лета постаралась пропустить его последнюю реплику мимо ушей. Рабство ей совершенно не нравилось, но и не хотелось ссориться с Фанетом.
— В общем, держись от всего этого месива в стороне, ладно? Катэля уберут без тебя. Делай то, что должна, выслеживай своего ублюдка.
— Я благодарна тебе. Я знала, что могу обратиться к тебе за помощью.
— Ты — моя сестрица. Так что помощь в любых, а особо касающихся tarioc, делах, есть и будет моим долгом, — заверил девушку Фанет. — Ну что там с тренировкой? Уверена, что не хочешь?
— Твоя комплекция близка к Миловану, как и твои умения, но…
— Но?
— С ним никто не сравнится.
— Зато я дал тебе возможность подготовиться к перед боем с ним лучше, чем кто-либо другой. И я не думаю, что ему нет равных. Если бы мы с ним встретились…
— Ты не видел, на что он способен. Огромный, но быстрый. Тяжелый, но смертоносный. Иногда мне казалось, что он не человек, а нечто иное.
— У каждого, даже на первый взгляд непобедимого чудовища есть уязвимое место. Хоть у этого Катэля, хоть у твоего княжеского ucac…Нужно только нащупать его.
— Это может быть верной мыслью, — Лета широко зевнула. — Что до тренировки… Мы же поддерживаем образ того, что я, убитая страданиями и невозможностью отомстить, остаюсь в Сфенетре, разве нет? Дометриан придет попрощаться. Да и времени у нас не так много, как ты думаешь.
— Эй, ты просто хочешь подремать немного, — псевдо-обиженным тоном заявил Фанет. — Ох, ладно, я шучу. Все-таки ты права. Времени до отплытия осталось мало, часть войск уже в порту. А мне нужно еще снарядиться.
— Правильно, в сандаликах и тунике тебя воевать с Орденом не пустят.
Они помолчали. Затем Фанет встал, разминая ноги.
— Предстоящее путешествие будет долгим. А для тебя еще и неудобным, — сказал он.
— Привыкну. Не в ящик же ты меня посадишь.
Фанет прошелся по комнате, постоял немного у самой дальней кровати, потом вернулся.
— Кто остается, кстати, в Сфенетре? — спросила Лета.
— Генерал Кенсорин. Ему в этом будет помогать Тэрон.
— А это кто?
— Самый старый и влиятельный мудрейший в Силлогзциуме.
— О. Мне кажется, на них не страшно оставлять город.
— Мы туда-обратно. Я надеюсь, — улыбка Фанета вдруг померкла. — Лета, скажи… Ты волнуешься?
— О чем ты?
— О том, что будет, если мы не остановим чародея?
Девушка с грустью посмотрела на него.
— Я стараюсь не думать об этом. Волнуюсь ли я… Пока не знаю. Конечно, я боюсь, что Катэль может нам устроить второй магический взрыв, но этот страх какой-то отдаленный.
— Я и сам не до конца понимаю, что происходит на самом деле, — Фанет устало потер лицо ладонью. — Ну, что ж, тогда до скорой встречи. Я выйду первым. Мало ли кто ошивается у казарм сейчас.
Лета еще посидела на жестком легионерском ложе несколько минут, размышляя о чем-то далеком и мало связанном с предстоящими делами. В казармах было тихо и спокойно, но надо было возвращаться во дворец и готовиться к отплытию на Скалистые острова. Никаких вещей она, само собой, не брала, но вот проверить, в каком состоянии был Анругвин, не помешало бы.
Она со вздохом покинула насиженное место и поднялась по ступенькам наверх, к выходу из полуподвальных казарм. Ночной воздух таил в себе сладость цветов и свежесть моря. Лета вышла во дворик и задрала голову, чтобы поглядеть на звезды, которые казались ей такими же непривычными, как и крупный месяц.
— Позволь узнать: с кем ты встречалась в казармах?
Лета чуть не подпрыгнула от неожиданности. У галереи, опоясывавшей дворик, поставив ногу на низенькую балюстраду, стоял Лиам. Он сложил руки на груди, глядя на Лету.
— Ты следишь за мной? — спросила девушка, повернувшись к нему.
— Может быть.
— Тогда ты должен был увидеть Фанета, вышедшего из казарм минуту назад.
— Да ну? И что послужило причиной ваших тайных встреч?
— Царь не должен знать о том, что мы с ним так тесно дружим. Подумает, что мы что-то замышляем.
— А вы что-то замышляете?
— Лиам… Не прикидывайся, что ничего не знаешь.
Он оторвался от столбов галереи и подошел к ней, волнующе пахнув можжевельником. Лета уставилась в небо.
— Я принес тебе подарочек, — эльф вытащил из нагрудного кармана жилетки миниатюрный флакон и встряхнул им. — Думаю, это тебя несказанно обрадует.