Иветта вышла на центральную улицу. За последние несколько дней сильно похолодало. Она поплотнее закуталась в шаль. В сумерках Тиссоф переливался сотней огней. Мелькали лица, звучал веселых смех, уличные музыканты проигрывали абсолютно все мелодии и песни, которые знали. В городе начинался праздник. Каждый вечер, каждую неделю, каждый месяц… Тиссоф был местом не только деятельности магов, но и бесконечного веселья. Неиссякаемое ночное гулянье было его частью.
Иветта проходила мимо пестрых лавочек с завлекающими вывесками и разодетыми торговцами, мимо шумных компаний и уютных трактиров, мимо уличных представлений и танцующих под завораживающую музыку людей. Наступала ночь, а с ней кварталы Тиссофа все больше входили в состояние эйфории.
Она была неприкосновенна. Перед ней расступались, провожали взглядом, некоторые почтительно склоняли головы. С виду Иветта была обычной молодой девушкой, однако люди подсознательно чувствовали, кто она. Она была волшебницей, той, кто познает тайны великой науки. Люди всегда уважали магов. И боялись. Маги могли в несколько произнесенных слов решить насущные человеческие проблемы, а могли и наслать проклятье, если кто-то попытается их обидеть. Все поникали перед их мощью.
Но Иветта не понимала этого. Другие ведь не знали, что значило быть магом. Что значило уметь подчинять себе искусство волшебства.
Учеба. Сотни книг, годы практики, полная изоляция от общества в течение очень долгого времени. Бесконечные провалы и осознание своей ничтожности. Желание забросить все и вернуться домой, к родителям. Но после снова возвращение к книгам. Практика. Нескончаемые повторы тех трюков, которые не получаются месяцами. Сотни книг. Долгие ночи, проведенные в зазубривании заклинаний и магических формул. Невозможность сблизиться с кем-то.
Иветта мельком взглянула на молодого мужчину, который возник у нее на пути. Он был одет в роскошный темно-красный, как кровь, камзол ручной работы. У него была черная густая борода и небесно-голубые глаза. Он учтиво поклонился и отошел в сторону, пропуская ее. Она прошла мимо него и через минуту забыла его лицо.
Невозможность сблизиться с кем-то.
Члены Сапфирового Оплота, да и вообще почти все высшие маги, не заводили семей по одной простой причине — маг должен посвятить всю свою жизнь магическому искусству, а брак и дети являлись большой помехой. Впрочем, короткие любовные связи никогда не запрещались. Но что-то более серьезное категорически не принималось в обществе высших магов. Если маг хотел завести семью, ему надлежало оставить свое ремесло, и немногие так поступали. Погружаясь все больше в это тайное искусство высшей магии, чародеи были увлечены и не особо хотели обременять себя семейными узами. Но все заводили однажды легкомысленные, ни к чему не обязывающие отношения. Дита настаивала на том, чтобы Иветта воздерживалась и от них. Слишком много ей еще предстояло изучить, и она не должна была тратить время на любовные похождения. Госпожа Иундор говорила, что юной магичке предоставится возможность познать любовь, но позднее.
А он не будет долго ждать. Он уйдет.
Иветта чуть не налетела на очередного прохожего и заставила себя избавиться от ненужных мыслей. Сейчас ей следовало думать о том, как быне опозориться перед Дитой. Она ждала ее в Васильковой Обители в надежде, что Иветта справилась с заклинаниями иллюзорности третьей степени, которые должна была изучить самостоятельно. Но у магички по-прежнему ничего не получалось.
Девушка не сразу подняла голову, когда вдруг один из прохожих отказался уступить ей дорогу. Она посмотрела на грязные сапоги с металлическими пряжками в форме листьев по бокам. Не поверив своим глазам, Иветта отважилась взглянуть на обладателя этих сапог.
— Мне нужна твоя помощь.
До нее не сразу дошел смысл сказанных слов, она просто уставилась на Марка. Он выглядел ужасно. Его щеки были в ссадинах, волосы спутались и торчали клоками. Куртка была покрыта грязью и засохшей кровью. За спиной виднелся длинный лук. Левая рука поглаживала оперения стрел в колчане на бедре.
Позади него стоял человек с темными волнистыми волосами и бледным лицом. Он был одет в мундир миротворца. Иветта озадаченно сдвинула брови.
— Ив, — позвал Марк и схватил ее за запястье. — Помоги мне.
— Что ты здесь делаешь? Что с Летой? Ты нашел ее? — спросила магичка, напрягаясь.
— Слишком долго объяснять. Надо найти место и поговорить. Срочно, — сказал Марк, не отпуская ее руки. — Твой рунный камень что-то сделал с ними.
Глава 13.
Cakhidas.
Лета проснулась и ощутила холод. Она попыталась найти в темноте Драгона, но почувствовала под рукой лишь шершавую ткань плаща. Она приподнялась на локте и вперила взгляд в тихий полумрак леса. Еще не рассвело.
Лета села и потянулась к сапогам, привязанным к низкой ветке над ее ногами. Она сняла их и пощупала мягкую кожу. Сапоги были еще сыроваты. Воздух в лесу был такой влажный и тяжелый, что кружилась голова. Лета была уверена, что лучше ей сапоги уже не высушить и надела их.