Сюзанна никогда не узнала, из-за чего я напала на Биргит. Пара девочек неохотно подтвердили, что дело было в травле. Но слова Биргит никогда не дошли до Эдлеров, и я была рада этому. Меня перевели в другой класс и приписали посттравматическую агрессию. Психиатр жарко объяснял моим приемным родителям, что я воспроизвожу удачные схемы защиты.
«В приютах, к сожалению, часто наблюдается подобное поведение, так как дети не знают, как иначе себя защитить. У них нет сил, оружия, авторитета, и они используют, что есть. Ногти, зубы, кулаки. Сработал рефлекс».
Время в Поприкани почти не сохранилось в моей памяти. Но знаю откуда-то, что там я никого не кусала. Я просто отсутствовала. Возможно, это меня кусали. И били. И еще бог знает, что там творилось. Лучше не помнить.
После этого случая я участвовала еще в нескольких девчачьих драках с выдиранием волос. Зубы больше не пускала в ход. Мне это запретили. Но я хотела себя защищать. Настолько, что иногда нападала первой.
Психиатр и Эдлеры твердили, что я должна контролировать свою агрессию. Уверена, что по-своему я выучила этот урок: контроль превратился в мою идею бога.
Настоящей защитой стало отшельничество. Только так получилось не вредить другим. Но ощущение невидимой угрозы никуда не ушло. Мне кажется, я родилась с ним. Моя жизнь проходила в предчувствии великого, неотвратимого несчастья. В день, когда оно наконец-то свершится, я стану счастливой. Мне больше нечего будет бояться.
Были и другие выводы. Например, изучив простейшие арифметические операции в школе, я поняла, что чем больше имеешь, тем больше можешь терять. Все данное мне ощущалось взятым взаймы, но я невольно сживалась с каждой частью нового мира. Эдлерами, их домом, даже гадкой школой. Ощущением мокрой земли под ногами, шорохом чистой постели. Парком, небом, соседской собакой. Всем, что мой глаз мог объять без страха. Когда начнетсяуменьшение, что останется от меня, ведь я уже во всем, что вокруг?
Разгадка дилеммы оказалась простой и гениальной: ноль уменьшить нельзя. Ноль – это абсолют. С ним уже ничего не сделаешь.
Но я еще не была готова стать нулем. Я нашла другой способ справиться со страхом. Стала кусать себя до крови. Мне хотелось отдать что-то своему страху, только тогда он меня оставит. Это был почти ритуал.
