Хельга и Оливер с детства были лучшими друзьями, а потом, повзрослев, вместе занимались паркуром и работали в небольшом итальянском ресторанчике. Жизнь всегда сводила их вместе, но не в этот раз. Новость о неизлечимой болезни Хельги все меняет. У нее есть год, чтобы вместить в него всю жизнь. У него – чтобы превратить этот год в их совместное незабываемое приключение.
© Редгрейн Лебовски, текст, 2020
© Татьяна Тян, иллюстрации 2020
© ООО «Издательство АСТ», 2020
Снегопад не прекращался третий день подряд. Пушистые снежинки, словно умело подобранные композитором ноты, кружились в воздухе, сливаясь в волшебную зимнюю симфонию. Вечерний мороз щипал нос и щеки, пробирался под пальто.
Натянув шарф почти до самых глаз, Хельга поежилась и прибавила шагу. С губ срывались и быстро растворялись в воздухе белые облачка пара. Она замерзла, но не могла позволить себе вернуться домой. Решение впервые за долгое время выйти на улицу далось непросто: каждый переулок и каждый дом напоминали о прошлом.
Семьдесят восемь дней. Именно на столько Хельга безвозвратно отстала от остального мира, а он, казалось, даже не заметил этого. Земля по-прежнему вращалась вокруг Солнца, люди все так же куда-то спешили, а день сменяла ночь. Ничто не могло нарушить привычный ход вещей.
Хельга постаралась отогнать мрачные мысли и сосредоточилась на утопающих в снегу улицах Праги. Уже сгустились сумерки, и город наполнили глубокие тени. Витрины кафе, украшенные мерцающими гирляндами, завлекали внутрь, обещая подарить озябшим посетителям немного тепла и уюта. Сказочность таких моментов очаровывала и дарила хрупкую веру в то, что чудеса все же случаются… Но не сегодня.
Хельга достала из кармана пальто мобильный и без раздумий выключила его. Она должна сделать это. Одна. Конечно, Матиас придет в бешенство, когда не обнаружит Хельгу дома, но попытки брата отыскать ее будут только раздражать.
Вспыхнувшие вдоль Карлова моста фонари озарили снежную завесу желтоватым светом. Шмыгнув носом, Хельга опустила голову и, глядя себе под ноги, еще быстрее зашагала в нужном направлении. Стоило поторопиться.
До боли знакомый дом располагался сразу за мостом – первый в ряду трехэтажных, тесно лепившихся друг к другу зданий. Подойдя к парадной двери, Хельга скользнула взглядом по табличке с фамилиями жильцов, крепившейся возле кнопок голосовой связи:
У нее перехватило дыхание, на щеках запылал румянец, а по спине прокатилась волна жара. Внезапно накативший страх пригвоздил Хельгу к месту. Больше всего на свете ей захотелось сорваться с места и броситься прочь, только вот бежать было некуда. Спокойно. Сжимая в кармане баночку с лекарством, Хельга выждала несколько мгновений, а затем набрала на домофоне нужную комбинацию цифр. Замок открылся с тихим щелчком, словно приветствуя нежданную гостью. Последний раз она была здесь семьдесят пять дней, семь часов и двадцать минут назад – прошла практически вечность. Хельга шагнула в тускло освещенный вестибюль и закрыла за собой дверь.
Все осталось так, как она помнила. Много лет здесь был ее второй дом, куда она спешила при первой же возможности. Вот светильник с потертым тусклым плафоном. Несколько выцветших картин на желтоватых от времени стенах. И восхитительный запах свежей сдобы доносится из открытых окон пекарни, расположенной во внутреннем дворе.
Держась за перила, Хельга всматривалась в лестничную площадку, к которой вели двенадцать ступенек. Что ж, подъем будет долгим, так что лучше начать прямо сейчас. А ведь еще недавно она могла взбежать туда без особых усилий. Хельга не забыла, каково это – наперегонки с Оливером взлететь по лестнице, вихрем ворваться в его квартиру, в глубине души подозревая: он снова позволил ей выиграть. Голос из воспоминаний позвал ее, безмолвным эхом отразившись от стен. Хельга замерла.
Легкие горели, сердце отчаянно колотилось в груди, к горлу подступила тошнота. Ничего. Она справится. Это только лестница, проклятая лестница, по которой приходится подниматься с таким трудом. Стиснув зубы, Хельга продолжила путь.
К счастью, она до сих пор никого не встретила. Соседи Оливера вряд ли могли ожидать, что она вернется после всего случившегося, да еще и одна. Кто-то из особо сердобольных мог и вовсе позвонить к ней домой, поинтересоваться, известно ли родителям или Матиасу о местонахождении Хельги. Ох, Матиас будет просто вне себя, когда узнает! Ну и черт с ним. Хельга должна сделать это, прежде чем кто-то заселится в опустевшую квартиру. Новые жильцы явно не обрадуются, если она попытается пробраться туда посреди ночи, – тогда уж точно проблем не оберешься.
Добравшись до заветного третьего этажа, Хельга прислонилась к стене и обессиленно сползла на пол. Не обращать внимания на острую боль в груди становилось все сложнее, впрочем, ей не привыкать. Минуты вяло сменяли друг друга, а Хельга все не двигалась, прислушиваясь к неровному биению сердца. Если бы она предусмотрительно не сняла кардиомонитор, он, наверное, сейчас бы сошел с ума от критичности показателей. Опустив отяжелевшие веки, она сделала глубокий вдох. Скоро все закончится.
Хельга часто пыталась вспомнить свою жизнь без Оливера. Сколько раз она, лежа в кровати, искала в закоулках памяти то, чего, казалось, просто не существовало. Все ее самые ранние воспоминания начинались с их встречи, случившейся двенадцать лет назад.
