А то меня он заставляет чувствовать себя неловко и последним говнюком, непонятно из-за чего.
— Хорошо, я поняла, — подняла она обе руки, но убегать не спешила. — Тэйлон, могу ли я спросить, что вы задумали с Диором?
Ну началось…
— Спрашивай, хотя странно, что Диор тебе ничего не рассказал.
— Я и спрашиваю — что вы удумали в отсутствие отца?
— Защитить род от севера и удержать свои предприятия, — ответил я спокойно. — Вроде при тебе обсуждалось, нет?
— И всё?
— И всё.
— Просто мне кажется, что Диор воспользовался ситуацией и избавился от отца под предлогом, чтобы лично поправить родом. Я люблю его, люблю, как и тебя, в конце концов, он мой сын. Но я могу взглянуть правде в глаза — Диор тот ещё фрукт. И его планы могут не останавливаться только на защите рода.
— Мне он ничего не говорил, — соврал я со спокойной душой. — По крайней мере, я ничего странного пока не заметил.
— Тэйлон, ты никогда не умел врать.
— Нет, — вздохнул я. — Я никогда не умел правильно преподносит правду, раз ей никто не верит.
— Тогда как насчёт того, что вы содержали пленников, о которых стража молчит, а слуги ничего не знают?
— Это были пленники из рода Рандомьеров, которых мы захватили. Их надо было где-то держать.
— У нас есть специальное место для этого, — напомнила мать.
— Да, но Диор сказал, что безопаснее держать их под рукой в доме.
У меня подозрения, что когда она собиралась меня спасать, Зарон попросил её и обстановку заодно разведать, как там обстоят дела у нас. Немного науськал её разнюхать, что здесь происходит во время его отсутствия, и не собираемся ли мы рисковать родом.
Я могу сказать, что, когда речь касается власти, всегда будет риск облажаться. И всё зависит лишь от того, насколько высоко ты хочешь подняться. Чем выше пытаешься взлететь, тем больше риски с треском упасть вниз. Но и приз будет куда лучше, чем пытаться взбираться по крохам.
Но есть риск оправданный, а есть неоправданный. В данный момент я считаю, что всё, что мы делаем, в пределах нормы. Да, рискуем, однако если всё удастся, можно будет уже не беспокоиться ни о чём. В противном случае смысла ввязываться в это с самого начала не было, можно было просто присоединиться к другим и надеяться, что нас самих не выбросят, как мусор.
Что же касается Диора с его амбициями, если он действительно пересечёт черту и будет рисковать почём зря, между потерей рода и потерей одного-единственного человека для меня выбор будет вполне очевиден. А пока что…
— Всё нормально. Ты зря волнуешься.
— Чувствую, что не зря. Тэйлон, если вы погубите род…
— Весь род находится на острове под охраной эльфов. Как и все документы, которые подтверждают это.
— Но если нам здесь будет не место, то тогда и рода считай что нет, вне зависимости от того, есть бумаги или нет. Наше поместье, наш Айсэрена Монтаро, наши земли — это и есть часть нашего рода.
— Род будет существовать, — повторил я твёрдо. — Так или иначе, но он сохранится. В противном случае легче просто сдаться, приползти на коленях и попросить нас не убивать.
— Я не это имела ввиду, — поморщилась она.
— Тогда не стоит поднимать этот вопрос. По крайней мере со мной.
А то как что, так сразу ко мне, будто я здесь самое слабое звено. Нет, может и был когда-то самым слабым, но не сейчас. Я чувствовал, как мать сверлит мне спину взглядом, но даже не пытался обернуться, чтобы не встречаться с ней глазами.
В конце она лишь вздохнула, встала с кровати, подошла и обняла меня со спины, прижав к себе.
— Скоро у тебя будет ребёнок, Тэйлон, и ты поймёшь, что такое беспокоиться за детей, — негромко произнесла она.
— У меня тут полный дом детей, включая главного клоуна собственной персоной.
— Это ты про Диора?
— Естественно.
Мать негромко хихикнула, пусть и пыталась сдержаться.
— Ох уж вы мои мальчики…
Я мог понять её беспокойство, однако оно было лишним, по моему скромному мнению.
Вскоре ко мне пожаловал и Диор, который предложил прогуляться немного.
— Зачем?
— Поговорить, — кратко ответил он.
Честно говоря, я ожидал от него чего-то интересного, но он начал мусолить всё ту же тему, которую, но уже с другой стороны мусолила мать. Честно говоря, я даже испытал лёгкое разочарование.
— Отец, видимо, что-то подозревает, — пояснил он.
— Да с тобой сложно что-то не подозревать, — заметил я.
— Он прислал сюда мать ещё как и ревизора, так что имей ввиду: если он прознает о наших планах с принцессой, сразу же примчится сюда и всё испортит. Это будет конец всему.
— Конец для рода?
— А ты думаешь, только для нас? — хмыкнул он. — У нас есть возможность взять власть и стать полностью независимыми. Риски при этом обычное дело. Отец не понимает этого. Он привык быть вторым, подчиняться короне, которая говорит, что ему делать, и не высовываться дальше собственного болота, лишь бы быть в безопасности. Но это тупик. Тупик для рода, тупик для будущего.
— А ты у нас будущее умеешь видеть, — отозвался я, при этом внимательно за ним наблюдая. Но Диор был невозмутим.
— Не надо быть гением, чтобы понять, что ждёт ведомых. Постоянный поводок и подчинение. Будем тапочки приносить победителям, если выживем.
