Господин Торуй Зеленый Клен Дамион ничем не перечил сестре, когда она сказала: «Это наш новый маг» - казалось, ему вообще все равно. Маг так маг. Во время странного разговора Кейлех с братом, Альс предпочитал молчать. Господин Торуй оказался молодым мужчиной с грубоватыми приятными мужскими чертами лица, одного роста с сестрой, плотного телосложения. Его немного квадратна фигура дольше подходила врестьянину, но при этом «внушительность» его тела только добавляла значимости его внешности. Брат и сестра были очень похожи. Только глаза Торуя были чисто голубыми, а волосы – светлыми. Казалось перед Альсом двойняшки. Похожими были даже жесты и выражения упрямых лиц.
- Не слишком ли он молод, сестрица? – спросил Торуй, будто не замечая присутствия мага в комнате.
- Больше никого не было.
- Разве я велел тащить первого попавшегося?
- Ты
Кейлех приподняла бровь и вскинула голову. Торуй, напротив, исподлобья смотрел на сестру. Немая дуэль продолжалась всего несколько секунд, но Торуй уже отвел глаза и виновато развел руками.
- Прости, сестра, ты, конечно, понимаешь в этом лучше меня.
Альс проговорил положенные вежливые слова, но господин Торуй тут же сослался на важные дела, и Кейлех увела Альса в его покои и велела обустраиваться. Выходя, кликнула мальчика-служку и приказала ему помочь новому магу и показать, что где находится и устроить экскурсию. Потом вернулась к брату.
- Ты во что вляпался?! – словно змея прошипела она.
Торуй, сидящий за столом из резного дуба, и что-то пишущий пером в расходной книге, поднял глаза. Довольно долго брат с сестрой, не мигая, смотрели друг другу в глаза. Первый сдался мужчина. Как всегда… Кейлех тяжело вздохнула, и села на стоящий рядом со столом стул. Когда-то в этом кабине «правил» отец. Впрочем, «правил», это громки сказано. Напивался и балагурил с девками. Впрочем, во владениях Дамионов не было таких мест и укромных уголков, где бы сей господин не зажал бы какую деваху... и не всегда по обоюдному согласию. Когда брат обосновался здесь, первым делом выбросил кушетку и сжег напольные шкуры, потом поставил вдоль стен шкафы, которые вскоре заполнил книгами и свитками. Единственную свободную стену он занавесил подробной картой Орлении. Кабинет, с одним окном, освещаемый по вечерам только свечами, стал мрачноватым, но теперь про разгулы прежнего хозяина ничего не напоминало. Кроме шкафов, стола с писчими принадлежностями и двух удобных стульев с подлокотниками и мягкими сидениями, в кабинете была еще и лавка, на которой стоял кувшин с фужерами. Торуй молча встал, наполнил кубок и протянул один сестре.
- ОНА велела вскрыть могильник.
Кейлех шумно вздохнула и сделала глоток. Крепкое терпкое вино опалило горло, но разума не затуманило.
- Тор, не ввязывался бы ты в это, - тихо сказала Кейлех, - не твое это дело.
- Сам знаю, - Торуй зло глянул на сестру. – Только ЕЙ отказать нельзя.
- И что ОНА хотела на сей раз? – Кейлех хмуро смотрела в недопитый кубок, будто хотела увидеть в неровном отражении лик Госпожи.
Торуй не был магом. Но иногда в нем просыпался слабенький заклинатель, и этого было достаточно, чтобы найти артефакт мертвых.
- Могильник Нораку.
- Что там было? - обманчиво спокойно спросила женщина.
- Шкатулка. Не открывал, - краткости Торуя иногда можно было позавидовать.
Торуй встал и подошел к одному из стеллажей. Оттеснив ворох свитков, он выудил из-за них шкатулку, обернутую в тряпицу. Осторожно сняв тряпицу, брат поставил шкатулку на стол. Две ладони в ширину, одна в высоту и около четырех в длину. Старая, простая, без резьбы и орнамента. Красно-коричневое дерево, покрытое красноватым лаком, не окованная по углам, без замка. Но таким шкатулкам замок и не нужен, они не каждому открываются. Кейлех благоразумно поставила кубок на стол и коснулась пальцами шкатулки.
Глаза ослепли, как от яркой вспышки. Кончики пальцев пронзили тонкие иголки боли…
Кейлех со стоном отпрянула. Трясущимися руками взяла кубок, и чуть, не расплескав вино, сделала глоток. Торуй напряженно смотрел на сестру, боясь задать терзающий его вопрос. Вместо этого он налил вина себе, и стал пить мелкими глотками. В отличие от сестры, он не особенно баловался спиртным. Кейлех прикрыла глаза.